Плывун
вернуться

Житинский Александр Николаевич
Шрифт:

Февраль 1974

На могиле Канта

Верни мне логику сознанья, Философ Кант Иммануил, Чтоб это позднее свиданье Мне выдержать хватило сил. Напомни каменной гробницей О тесных рамках бытия, Где, как в шкатулке, сохранится Вся жизнь мгновенная моя. Какое надобно терпенье — Ее осилить день за днем, Чтоб превратить в одно мгновенье, В пробел на камне гробовом, Чтоб уместились между строчек С обозначеньем точных дат Апрельский ветер, женский почерк, Вокзальный гул, прощальный взгляд. В просторном городе, продутом Холодным прусским ветерком, Мы жизнь копили по минутам, Подсчитывая их тайком, Пересыпая на ладони Их зыбкий золотой песок, Пока в гробнице, как в вагоне, Спал Кант, бессмертен и высок. Он, осуждающий беспечность, Спокойно ехал сквозь века До станции с названьем «Вечность», Пока встречались мы, пока Твоя рука в моей лежала, И ночь качала фонарем, И ты почти что не дышала, Уснувши на плече моем. Любимая! Какой философ Поможет этакой беде? Неразрешимей нет вопросов. Мы в «никогда» с тобой. В «нигде». Мы вычеркнуты из объема, Из времени исключены, У нас нет крова, нету дома, И до тебя — как до Луны. Для нас короткое свиданье — Провал во времени, когда Бессмертное существованье Нам тайно дарят поезда. А философскую систему Любви — постиг ли кто? открыл? Что скажет нам на эту тему Философ Кант Иммануил?

14. 4. 74.

«Лови уходящее счастье…»

Лови уходящее счастье, Безумную птичку-любовь! Ты больше над милой не властен, Ничто не повторится вновь. Беги по ночному бульвару, Глотая осенний туман, И где-то в гостях под гитару Пой песни, бессилен и пьян. Прокручивай в памяти снова Безвкусное это кино: Легчайшая сеть птицелова, Пустая квартира, вино, Загадка случайного взгляда, Обман, не любя и любя… «Не надо, не надо, не надо!» — Тверди это так про себя. Измученный медленной жаждой, Смотри в проходящий трамвай И с трепетом в женщине каждой Родные черты узнавай.

1976

«Счастливые стихов не пишут…»

Счастливые стихов не пишут Ни в будни, ни по выходным. Они рождаются и дышат Счастливым воздухом своим. Спокойные и трудовые, Приученные ко всему, Им эти точки, запятые, Им эти строчки — ни к чему. У них иное время быта, Иная светит им звезда. И что прошло — то позабыто, А что случится — не беда. А ты, растерзанный на части Печалью, ложью и стыдом Себе изобретаешь счастье На трудном листике пустом.

1972

Из Анджея Бурсы

Те улочки, где нас не ждут, Где дверь с замком скрипучим, По ним бродили там и тут Мы в детстве невезучем. Те улочки, где нас не ждут, Ничто в них не забыто! По ним бродили там и тут Мы в юности несытой.

1979

Перевод с польского

«Дарите себя, не стесняйтесь!..»

Дарите себя, не стесняйтесь! Дарите решительно всем. Влюбляйтесь, грешите — старайтесь Себя подарить насовсем. Дарите себя неумело, Дарите житье и бытье, И душу дарите, и тело, И дело дарите свое. Дарите пожитки, бумаги, Дарите свой голос и смех, Дарите в приливе отваги, Дарите, не веря в успех. Дарите себя, забывайте, Когда подарили, кому… Дарите, но не продавайте! Вот, собственно, речи к чему.

1972

«Я с радостью стал бы героем…»

Я с радостью стал бы героем, Сжимая в руке копьецо. Светилось бы там, перед строем, Мое волевое лицо. Раскат офицерской команды Ловлю я во сне наугад, Пока воспаленные гланды, Как яблоки, в горле горят. Я стал бы героем сражений И умер бы в черной броне, Когда бы иных поражений Награда не выпала мне, Когда бы настойчивый шепот Уверенно мне не шептал, Что тихий душевный мой опыт Важней, чем сгоревший металл. Дороже крупица печали, Соленый кристаллик вины. А сколько бы там ни кричали — Лишь верные звуки слышны. Ведь правда не в том, чтобы с криком Вести к потрясенью основ, А только в сомненье великом По поводу собственных слов. Молчи, наблюдатель Вселенной, Астроном доверчивых душ! Для совести обыкновенной Не грянет торжественный туш. Она в отдалении встанет И мокрое спрячет лицо. Пускай там герои буянят, Сжимая в руке копьецо!

1974

«Меньше слов и больше дела…»

Меньше слов и больше дела. Никому не нужен крик. Важно, чтоб душа сумела Для себя найти язык. Важно быть честнее века, Твердо стоя на своем, Чтобы профиль человека Был яснее с каждым днем. Важно счастью научиться И трудиться, а не ныть. Что случится, то случится, Значит, так тому и быть. Значит, эти испытанья Уготованы тебе, Точно знаки препинанья В предначертанной судьбе.

1972

Вещи

Ничто не проходит бесследно Из верно служивших вещей. Подсвечник какой-нибудь медный, И тот попадает в музей. Какой-нибудь стул колченогий Векам оставляет портрет, Исполненный кистью Ван Гога, Влюбленного в данный предмет. И дело не столько в поэте, В художнике, где б он ни жил, А больше в том самом предмете, Который исправно служил.