Лили кивнула, не задумываясь. Да уж, человека надежнее Бродяги трудно представить.

Однако сам Сириус, внимательно все выслушав, надолго задумался и вдруг неожиданно выдал:

– Нет, Сохатый, надо придумать более надежный способ.

– Куда ж еще надежнее?

– Понимаешь, если взять Хранителем кого-нибудь более незаметного… Вот Питера, к примеру. Никто не подумает на него. Ну, и для верности везде, где можно, будем говорить, что Хранитель - я. Охотиться будут за мной. А Пит спокойно посидит в каком-нибудь надежном убежище. Тогда, что бы они не придумали, у меня в любом случае ничего узнать не смогут.

– В этом есть смысл, - Джеймс задумался.
– Но если тебя схватят…

Сириус отмахнулся.

– Я подвергаюсь опасности в любом случае. И это не то, о чем ты должен сейчас думать. К тому же я знаю одно надежное место, где можно временно затаиться.

Джеймс закусил губу, в упор глядя на друга. Как же он не подумал о том, что, предложив Сириусу стать Хранителем, он подвергает его смертельной опасности?

– Не знаю… - произнесла молчавшая до сих пор Лили.
– Как-то мне все это не нравится. Может, лучше действительно взять Хранителем Дамблдора?

И прежде чем Джеймс успел что-то ответить, Сириус решительно отмел это предложение:

– Нет, Лил. Помни - в Ордене есть предатель. Сильно подозреваю, что он может быть как раз из ближайшего окружения Дамблдора… Ну, правда, взять Пита - будет безопаснее всего. Главное, чтобы никто об этом не узнал. Дамблдор уже знает, что Джим собирался сделать Хранителем меня. Так что дело за малым.

– А Ремус?
– спросила Лили.

– У Рема и так жизнь не сахар, зачем наваливать на него еще лишние проблемы?

Они поспорили еще немного, но в итоге согласились. План, предлагаемый Сириусом, действительно был безупречен со всех сторон. Единственное, что по-прежнему беспокоило Джеймса - это то, что он ставил друга под удар. Но Сириус прав, ему сейчас надо в первую очередь думать о безопасности сына.

И на следующий день Питер стал Хранителем Тайны.

Он воспринял эту новость как-то странно - не то испугался, не то наоборот гордился. Но согласился сразу же. Ему подыскали дом в одной магловской деревушке, на который наложили все мыслимые и немыслимые защитные чары.

А вот надежным убежищем Сириуса оказался номер в дешевом магловском отеле в Лондоне. Джеймс, когда увидел его, чуть не прибил друга за легкомыслие.

– Да брось ты, Джим, - возразил тот.
– Никто не станет искать меня в магловском отеле, - и с саркастической усмешкой добавил.
– Блэки же не живут среди маглов!

Джеймс много чего мог бы ему сказать по этому поводу, но в подобном настроении Бродягу переубедить было невозможно, можно даже не пытаться. И Джеймс, вздохнув, уступил. Оставалось только молиться о том, чтобы до него не добрались в этом так называемом «надежном» убежище.

* * *

Необходимость постоянно оставаться в четырех стенах начала уже утомлять. Особенно непоседливого Джеймса, который в принципе никогда не мог сидеть на одном месте, ему необходимо было что-то делать. Лили всеми силами старалась отвлечь мужа от тоски и грустных мыслей, но чувствовала, что у нее не очень-то и получается. Хоть бы уже Дамблдор вернул им мантию, тогда можно было бы хотя бы иногда выбираться из дома.

Еще хуже было то, что по причине все той же секретности друзья у них теперь совсем не появлялись. Джеймс скучал по ним, ведь до сих пор они никогда надолго не разлучались. И это тоже угнетало. А если учесть, какой опасности подвергался Сириус, так и вовсе сводило с ума.

Чтобы немного отвлечься от всего этого, Лили устроила на Хэллуин маленький домашний праздник: приготовила праздничный ужин, расставила по дому разнокалиберные тыквы со свечами внутри. Причем, Гарри помогал ей изготовлять эти тыквы, с увлечением их раскрашивая. Сам, правда, при этом перемазался в краске с ног до головы, но это беда легко поправимая. Джеймс поначалу посмеивался, глядя на них, но, в конце концов, тоже подключился к процессу, увлекшись им не меньше сына.

В честь праздника Гарри было позволено подольше не ложиться спать и он вместе с родителями сидел за столом до позднего вечера. А пока Лили убирала со стола, Джеймс развлекал сына, пуская из палочки клубы разноцветного дыма. Малыш смеялся и пытался схватить дым руками. Лили нежно улыбнулась и, привычно взлохматив мужу и без того торчащие волосы, ушла на кухню.

За окном хлестал дождь и порывы ветра срывали с деревьев оставшиеся листья и бросали их в окно. В темноте промелькнула какая-то тень и Лили поежилась. Почему-то душу охватила необъяснимая тревога, словно что-то страшное должно произойти. Но она отогнала от себя эти мысли - ничего не случится, они надежно защищены.

Быстро расставив посуду на полку, Лили вернулась в гостиную.

– Ну, все, Гарри пора спать, - с улыбкой объявила она.

Джеймс подхватил малыша на руки и передал ей. Гарри недовольно залопотал, обиженный столь быстрым прекращением забавы, но вскоре успокоился в ее объятиях и сонно зевнул.