Идиот. Кретин. Слабохарактерный слизняк.

Я ругал себя последними словами, в приступе ярости безжалостно круша новый ремонт. Молотя кулаками стену - боль отрезвляла, возвращала в реальность, и одновременно позволяла забыть о линии плеч, о выпирающих из-под кожи ключицах, о плоском животе, напрягающемся под моими пальцами. И о своей глупости, из-за которой я позволил себе поддаться гормонам, упасть в бездну под названием Драко Малфой, радостно кинуться к нему в постель…

Новых эмоций захотелось. Приключений.

Отлично. Вот тебе целый ворох эмоций. Ешь полной ложкой, Гарри.

Немного успокоившись, я отправился в ванную, где долго-долго стоял под упругими струями и исступленно терся мочалкой, стараясь буквально содрать с кожи все воспоминания о прикосновениях. Текущая вода притупляла все чувства, и я позволил себе расслабиться, закрыть глаза и просто ни о чем не думать. Ярость улеглась быстро, но неприятное, тошнотворно-липкое чувство униженности, понимания, что я, в самом деле, был кем-то вроде забавной зверушки для Малфоевского отпрыска, осталось.

Наверное, все же, хорошо, что я обо всем узнал. Черт знает, что я себе мог напридумывать еще, и тогда обрубить все было бы гораздо болезненнее, чем сейчас. Кто знает, какие могли у меня возникнуть к Малфою чувства, сейчас во мне говорит всего лишь раненая гордость, не больше, и осознание того, что я, прошедший войну с Волдемортом, так и не научился разбираться в людях. Осознание обидное, больно ударяющее по самолюбию, однако, несмотря на это - верное.

Я выключил воду, растерся полотенцем и нацепил запотевшие очки. Заглянул в гостиную, полюбовался на учиненный разгром, но восстанавливать ничего не стал, а только хмыкнул и отправился в кабинет, где опустился в огромное кресло около камина и позвал Кричера.

– Раздобудь мне бутылку виски. Сейчас. И бокал.

Наверное, у меня был очень суровый тон, потому что Кричер опасливо на меня покосился и исчез, не проронив ни звука. Он вернулся буквально через полминуты, все так же молча поставил на низкий столик бутылку Огненного виски Огдена, невысокий прозрачный стакан, положил рядом пачку сигарет, хоть я и не просил, и оставил меня в одиночестве. Похоже, мое недавнее буйство в гостиной его напугало.

В последний раз я пил огневиски еще в августе, в тот памятный вечер, когда впервые подумал о Малфое, как о возможном любовнике. Я невесело усмехнулся и плеснул себе в стакан немного темно-янтарной, резко пахнущей жидкости. Все началось с огневиски, и с ним, наверное, и закончится.

– За здравый смысл, - мрачно произнес я, отсалютовал сам себе рукой с зажатым в ней стаканом, и опрокинул горячительный напиток в себя.

Нет, никогда я не научусь пить крепкие напитки… горло обожгло, я закашлялся, хватая ртом воздух, и вытаращил глаза, на которые тут же навернулись слезы. Кажется, в прошлый раз такой реакции у меня не было, или просто мне попалась какая-то другая разновидность? Сколько там у этого Огдена разных сортов?

Вторая порция пошла уже куда легче. А на третьей пламя в камине взметнулось вверх, рассыпалось зелеными искрами, и я, к своему удивлению, увидел Рона.

– Как ты смог… - я осекся, вспомнив, что заблокировал только один камин, а не все.
– Что ты тут делаешь?

– Это я у тебя хочу спросить, Гарри, - голубые глаза смотрели прямо и твердо.
– Что ты тут, Мерлиновы штаны, делаешь?!

– Я у себя дома.

– Ко мне десять минут назад примчался твой домовик, в такой панике, будто началось светопреставление. Все, что я понял из его слов - что ты недавно вернулся домой, разнес гостиную, чуть не утопился в ванной и теперь сидишь в одиночестве и пьешь!

– У меня выходной, вообще-то. Я расслабляюсь, - я снова потянулся к бутылке, надеясь налить себе еще, но Рон выхватил у меня ее из пальцев.

– Я вижу. Мы Джорджа после войны еле вытянули из такого… расслабления, - грубо хмыкнул друг.

– Рон, уйди, пожалуйста, и дай мне спокойно напиться, - взмолился я.
– Я не хочу ничего рассказывать, это все так сложно…

На мое удивление, Рон только понимающе хмыкнул и придвинул к столику соседнее кресло. Опустился в него, взмахнул палочкой, наколдовывая себе стакан, а затем налил огневиски и себе, и мне.

– Кричер!
– крикнул он, зная, что домовик, даже если невидим, прекрасно его слышит.
– Притащи сюда хоть колбасы какой-нибудь, что ли!

Терпеливо дождавшись, пока эльф поставит перед нами огромную тарелку с не слишком аккуратно, явно в спешке нарезанным копченым мясом, Рон поднял свой стакан.

– С бабами, Гарри, всегда все сложно, - вздохнул он.

Я издал невеселый смешок, с удовольствием представляя себе лицо Малфоя, если бы он услышал, как только что окрестил его Рон, и опрокинул в себя новую порцию виски.