– Я думаю, им обоим этого не хватало, - улыбнулась Гермиона.
– Ощущения семьи, близкого человека рядом. Потому у них и сложилось все так быстро и ладно. И еще у Гарри никогда не было своего дома. Настоящего. А Скорпиус дал ему и это.

– Думаю, они дали это друг другу, - кивнула Лоли.
– Когда я познакомилась с Кори, только слепой бы не заметил, как он скучает по дому.

– Бедный мальчик, - Гермиона вздохнула.
– Никому не пожелаешь такой участи. Надеюсь, теперь они оба будут счастливы. По крайней мере, сейчас у них все для этого есть, - усмехнулась она.

– А как насчёт тебя?
– Гермиона села на подоконник, и Лоли примостилась рядом с ней.
– Почему-то мне кажется, что такая женщина, как ты, тоже мечтала бы о семье.

– Я?
– искренне удивилась Гермиона.
– Когда-то у меня была семья. Прекрасные родители, которых я очень любила. Но мне пришлось… - тут она запнулась, но все же продолжила, - сделать так, чтобы они обо мне забыли. И с тех пор моей семьей стал только Гарри. Двадцать лет уже. Он мне как брат, как сын, да что уж там, как муж. С той лишь поправкой, что мы, слава Мерлину, никогда не интересовали друг друга в физическом смысле. Наверное, поэтому я особо и не искала никого. Мне было интересно заниматься какими-то другими вещами. А если просыпался материнский инстинкт, то расплачивался Гарри Поттер.

– Ничего себе, - присвистнула Лоли.
– Святой мужчина. Когда во мне просыпается материнский инстинкт, Кори начинает швыряться в меня всякими вещами и сбегает на континент. Но теперь у меня тоже есть Гарри, - она рассмеялась и, лукаво глянув на Гермиону, добавила: - И ты…

Гермиона смутилась и решила не заострять внимание на последних словах Лоли. Да, может, она и решила попробовать, но не могла так быстро кинуться в омут с головой. Ей было нужно время. Хотя бы совсем немного времени.

– О нет, - рассмеялась она немного нервно.
– Гарри вовсе не святой. Швыряться предметами он, конечно, не станет, но порой может так психануть, что потом ремонт в квартире делать приходится. И еще он чертовски упрямый иногда. Как и я. В этом мы похожи.

– Ревнуешь его?
– Лоли рассмеялась, когда Гермиона ошарашенно на неё уставилась.
– Нет, ну серьёзно! Если вы двадцать лет жили как старая супружеская пара, то конечно ты должна ревность. Это нормально.

– Мы не жили вместе, - с улыбкой покачала головой Гермиона.
– Конечно, я немного ревную, ну, как друга. Когда у твоего друга появляется еще один, это всегда немного задевает, но не более. К тому же, я невероятно счастлива за них. Так что о ревности женщины к мужчине тут не стоит вести речь. И если уж на то пошло, ты тоже должна ревновать Скорпиуса?

– Ещё как!
– легко согласилась Лоли.
– Особенно сегодня обидно стало - он доступ для аппарации в спальню перекрыл. Нет, я всё понимаю, но просто я так привыкла, что могу чуть ли не в ванну к нему залезть в любое время дня и ночи. Хотя почему «чуть ли»?
– она рассмеялась.
– Ты бы знала, как я всегда жалела, что он не девушка!

– Это же Скорпиус, неужели ты бы захотела похерить дружбу с ним ради секса?
– усмехнулась Гермиона.
– А в то, что возможна дружба, если есть секс, я не верю. Это взаимоисключающие понятия, что бы там ни говорили. Либо отношения, либо просто секс, либо дружба. Для меня в этом плане все очень четко.

– А причём тут дружба?
– удивилась Лоли.
– Если бы он был девушкой, я бы в него влюбилась. И вообще, странно как-то, как ты эту чёткость соблюдаешь? Сердцу-то не прикажешь.

– Погоди, - не поняла Гермиона.
– Почему только если бы был девушкой? А что, как в мужчину в него нельзя влюбиться? Он красивый, остроумный, обаятельный. Ведь если ты, как говоришь, выбираешь сердцем, почему для тебя основополагающим является половой признак?

– Потому что моё сердце не может выбрать кого-то, у кого есть член!
– фыркнула Лоли.
– То есть, я могу искренне симпатизировать мужчине, но как только подумаю о физической близости с ним - меня тут же передёргивает. И потом, ну не нравятся они мне! Их запах, плоская грудь… Мозги только, если есть, но для полноценной совместной жизни этого мало.

– Ты ввела меня в ступор, - честно призналась Гермиона.
– Хотя, наверное, у всех есть такие свои табу. Например, вот тот же Скорпиус, наверняка не любит вагины, ему больше по душе мужской член. Это сложно, и где-то на уровне психологии. Но то, что ты боишься членов, забавно, - она хихикнула.
– Что, и даже искусственных?

– Никогда не покупала «реалистик», - усмехнулась Лоли.
– Но я их не боюсь, мне скорее противно. А ещё я их не понимаю, хотя они и примитивны до безобразия.

– Ты сейчас про фаллоимитаторы или про мужчин?
– рассмеялась Гермиона.
– Если про первых, то они могут быть вполне даже приятны. И не обязательно при этом терпеть самого мужчину.

– О, даже так?
– Лоли радостно сверкнула глазами.
– Так ты тоже от мужчин не в восторге? Что же до фалоиммитаторов, то поверь, о них я знаю всё! У меня такая коллекция…

– Ну, если бы я была в диком восторге от мужчин, то давно бы, наверное, выскочила замуж и боготворила бы какого-нибудь козла, - фыркнула Гермиона.
– Идеальных мужчин нет. Вот даже Гарри, всю жизнь был для меня идеалом, и посмотри, кем оказался? Геем! Вот и остается только на резиновые или пластмассовые игрушки уповать, - она наигранно вздохнула.
– Я, конечно, коллекцией похвастаться не могу, но пара резиновых лучших друзей у меня тоже имеется. Куда же без них, если прижмет, а мужиков, как обычно, под рукой нет.