– Да брось, что такого...

– Не надо, Поттер, справлюсь, не немощный, - в голосе Малфоя зазвучал металл, но на застывшем лице слизеринца это никак не отразилось. Всё-таки Драко очень хорошо умел владеть собой. «Чёртова школа проклятого Люциуса...»

Гарри перехватил ручку тележки.

– Драко.

– Что тебе от меня надо?
– в голосе Малфоя звучала плохо скрытая неприязнь.
– Мне не нужна ничья благотворительность, особенно твоя, ясно? Отцепись.

– Ты что, тоже меня боишься? Как все остальные?
– тихо спросил Гарри.

Бледное лицо Малфоя словно заледенело. Шрам на скуле налился кровью.

– Значит, тебе всё-таки страшно?
– сказал Гарри, придвинувшись к нему.
– Так ты только скажи, я сразу отстану. Я никому не навязываюсь. Просто мне странно, что меня боится сын Люциуса Малфоя.

– Иди к дьяволу, Поттер, мне нет до тебя никакого дела!
– едва слышным от ярости голосом произнёс Драко.

– Было дело, - возразил Гарри.
– Ты из-за меня сцепился с отцом. Думаешь, я не знаю, откуда у тебя шрам? Я тогда ещё не ослеп.

Нежные щёки блондина ярко вспыхнули, и Гарри внезапно оцепенел, словно увидел его впервые. Чёрт, надо было на самом деле выйти из себя, чтобы испортить это идеальное лицо... Драко был чертовски красив. Просто ненормально. И вообще, это было более, чем ненормально... Всё, что Гарри вдруг вспомнил. Про подземелье... «Как обрывок из ночного кошмара». После того, как Люциус бежал...

– Что ты пялишься?
– у блондина вдруг сорвался голос.

– Ничего, - Гарри заставил себя говорить спокойно.
– Брось, Драко. Давай не будем вспоминать. К чёрту всё. Я серьёзно.

Малфой не ответил, но Гарри не отступил.

– Пойдём вместе?

– Мне всё равно, - холодно ответил слизеринец.

Гарри закинул свой свёрток на тележку, и оба молодых человека пошли навстречу барьеру.

Платформа № 9 и 3/4 жила своей обычной жизнью. Хогвартс-экспресс шипел и пускал в небо кольца дыма. Суетились станционные служащие, ухали совы, раздавался громкий женский голос, зовущий некую Мэри Блу. Наверное, первоклашку, Гарри никогда не слышал этого имени раньше.

– Ну, всё снова, - прошептал Гарри и посмотрел на Малфоя. Тот не ответил, но по тому, как Драко вцепился в ручку своей тележки, стало ясно, что он боится туда идти. Так же, как и сам Гарри. Да, но утешает хотя бы то, что они вместе, а вместе уже не так страшно.

– Идём, - Гарри положил руку поверх побелевших пальцев Малфоя и в первый раз заметил в застывших, как льдинки, глазах проблеск чего-то живого.

Драко не ответил, но руку не убрал.

Вместе и в самом деле было легче. Гарри даже немного расслабился. Они шли рядом, толкая тележку, и, по мере их продвижения к багажному вагону, на платформе становилось всё тише и тише.

Их провожали десятки остекленевших глаз. Гарри видел знакомые, но очень чужие лица, и ему от чего-то вдруг стало радостно, что все эти лживые люди, когда-то приветствовавшие его аплодисментами, теперь сторонятся его. «Трусливые лицемеры и предатели. И наплевать на вас!»

Приёмщик багажа взял у них тележку. Гарри забрал свой пакетик. Надо хоть посмотреть, что там.

– Какой у тебя вагон?
– спросил он у блондина.

– Девятый, - тихо ответил Драко, глядя прямо перед собой.

– А купе?

– Третье.

В связи с военными действиями Министерство уже второй год требовало, чтобы студенты находились исключительно на тех местах, которые указаны в билетах. Теперь на них штамповались имена пассажиров, и было строго запрещено самовольно меняться купе, не предупредив кассира. Никто особенно не протестовал относительно этих правил. Учитывая то, что происходило последние два года, не было желающих нарушать какие-либо нововведения. Сейчас, конечно, боевые действия закончились, но военных правил никто не отменял. Может быть, из-за того, что Гарри всё ещё учился в Хогвартсе... Наверное, это было правильно.

Гарри развернул свой билет.

Вагон девять, купе три. Как у Драко.

– Соседи... Идём?

– Ну, идём, - неуверенно отозвался Малфой. Кажется, он, как и Гарри, не совсем понимал - хорошо это или плохо, что судьба столкнула их, и им некуда деваться.

Драко шёл, не глядя по сторонам, но голову держал высоко. Поверженный, но не сломленный. Волосы, ставшие такими же длинными, как у Люциуса, теперь свободно падали на спину блондина, и это делало его ещё больше похожим на отца. Кажется, Драко нарочно делал всё, чтобы это сходство сильнее бросалась в глаза. Смело, учитывая его положение в школе в этом году...

На них все пялились. Кто-то исподтишка, кто-то - не в силах оторваться. Гарри заметил Рона и Гермиону, прильнувших к окну купе. Они неуверенно улыбнулись ему, и Гарри, помахав им рукой в качестве приветствия, прошёл мимо. «Пусть не нервничают, я не собираюсь приставать к ним с разговорами...»

Неожиданно под ноги юношам выпал Невилл Лонгботтом, на четвереньках ползавший в поисках своей новой жабы. Ничто не менялось, хотя Невилл давно превратился из пухленького румяного мальчика в крепко сбитого коренастого парня с абсолютно взрослым голосом и уже заметно темнеющей полоской усов над верхней губой.