– Я бы попросил не упомнить об отношениях, что были между нами прежде, – резко приказал он, совладав с собой и своими воспоминаниями. – Я думал, мы оба пришли к соглашению, что не испытываем друг к другу прежних чувств.

– Конечно, нет, – презрительно скривился Лорд. – Однако сейчас ты зависишь от меня, и тебе следует выказывать больше уважения и послушания, чего ты, видимо, не понимаешь.

– Ты считаешь меня идиотом? – уточнил Гарри, прикусив губу, чтобы сдержать гнев.

– Нет, я просто думаю, что ты слишком привык быть хозяином самому себе. Теперь я твой хозяин.

– Ты мне не хозяин! – зло прошипел Поттер. – Не смей даже предполагать что-либо подобное.

Темный Лорд вскочил на ноги, но Гарри не дал ему шанса схватить себя так же, как в вечер бала у Гойлов. Они стояли друг напротив друга, не сводя с противника враждебного взгляда. Как всегда. Время, место и их возраст, видимо, просто не имели значения. Гарри и Волдеморт просто не могли не ругаться.

– Ты стоял передо мной на коленях, – напомнил Лорд, делая шаг вперед. И Гарри осторожно отступил от него.

– Это не значит, что я теперь твой раб, послушная овца или что-то подобное, – зло ответил молодой волшебник. – Ненавижу тебя, чудовище! Не допускай даже мысли, что я поддерживаю хоть малейшую часть твоих начинаний и покорно приму то, что ты планируешь для этого мира.

– Ты не можешь идти против меня, – прошипел на это Волдеморт. – Наш контракт запрещает тебе подобное. Ты убьешь себя.

– Я не могу причинить вред тебе и только, – скривился Гарри. – Твои планы ничто! Ты всего лишь полукровка, у которого даже денег и дома своих нет.

– Заткнись! – рявкнул Лорд и сделал еще одну попытку приблизиться. Поттер ловко увернулся. – Не смей оскорблять меня! Я ведь могу и уйти, забуду о тебе, и что тогда? Что с тобой будет тогда?

– Я пойду к Дамблдору. Умрем вместе? – издевательски предложил он.

Они медленно двигались по комнате, благо ее размеры это позволяли, вокруг друг друга, как в каком-то извращенном танце. Волдеморт прекрасно осознавал, что если он перегнет палку, его бывший возлюбленный действительно может совершить эту глупость и пойти на поклон к директору. Действия Найджелуса Певерелла невозможно предсказать, это он твердо усвоил, еще будучи ребенком. Слишком порывистый, импульсивный. Гарри не был глуп, но эмоции мешали ему мыслить логически, и он никогда не заботился слишком сильно о своей выгоде, одновременно чересчур тревожась о гордости.

– Где гарантии, что ты уже не был у Дамблдора? – в бессилии выдохнул Лорд, останавливаясь. Он действительно волновался о том, где Гарри пропадает целыми днями, что замышляет. Пятьдесят лет назад его опекун был человеком, с которым считалась вся магическая Англия и Европа. Что бы там ни говорилось, а в сороковых годах общественность и власти прощали ему все скандалы и ошибки. Если он сейчас поднимет хотя бы половину старых связей, убедит их работать на себя,наверняка в войне появится третья сторона.

– Я не буду спрашивать у тебя разрешение на то, чтобы выйти из дома. Из моего дома! – воскликнул Гарри. – И я не был у Дамблдора, потому что никогда не нарушаю своих обещаний.

– Я приставлю к тебе человека, который будет везде ходить с тобой и после доложит, где ты был и с кем, – холодно сообщил Волдеморт. – Это приемлемо?

– Если это не будет Белла, – кивнул Поттер. Он вполне мог отказаться от встреч с некоторыми людьми. Их партия уже давно предусматривала такое развитие событий. Гарри встретился со всеми, с кем требовалось, теперь можно было ограничиться письмами.

– В таком случае Рабастан Лестрандж, – сообщил Волдеморт. Он был достаточно сильным волшебником, чтобы не попасть легко под какие-либо контролирующие чары Певерелла, и к тому же верным последователем, которому Лорд доверял настолько, насколько он вообще был способен доверять людям.

– Как ты объяснишь ему, кого он будет сопровождать. Мне постоянно придется прятать лицо, – нахмурился Гарри.

– Я скажу ему не думать об этом.

– И он послушает?

– Пожиратели слишком запуганы, чтобы не слушать, – усмехнулся Лорд. – Завтра ты присоединишься ко мне за завтраком и познакомишься с ним. Ты ведь никогда не видел его, верно?

– Видел, тогда ему было около шести месяцев, полагаю, – высокомерно возразил Гарри.

Когда Волдеморт покинул комнату, Гарри обессилено опустился на кровать. Не стоило кричать на Темного Лорда, ссориться с ним, но как же больно было находиться рядом. Когда Лорд находился далеко, мысли о нем отступали, Гарри воспринимал все немного иначе. Но сегодня, сейчас, в этой комнате... Они говорили, ругались, а Поттер мог думать только о Марволо, потому что он видел перед собой своего мальчика. Старше, изменившегося, но все еще где-то глубоко внутри…