– Ох, Гарри, - воскликнула Гермиона, ужаснувшись.

– Все в порядке, - успокоил ее Поттер.
– Я уже выяснил, что это невозможно.

– А ты уверен?
– нерешительно поинтересовался Рон.

– Абсолютно. Я знаю о создании хоркруксов больше, чем мне хотелось бы. Волдеморт не смог бы поместить часть своей души, свою жизненную силу, в меня.

– Ты выяснил, что тогда произошло?
– спросила Грейнджер, с беспокойством глядя на него.

– Волдеморт приготовился убить меня, а затем сразу же создать хоркрукс. Я должен был быть «человеком, чья смерть имеет особое значение», как сформулировал Дамблдор, - саркастически произнес юноша.

Гермиона и Рон поморщились от его слов и тона, каким они были сказаны, но промолчали и продолжили внимательно слушать.

– Волдеморту нравилось вселяться в своих жертв непосредственно перед их убийством, особенно когда речь шла о людях, чьи смерти служили для создания хоркруксов. Думаю, он наслаждался этими «значимыми смертями», - с отвращением стал объяснять Гарри.
– Он оставлял в человеке частичку своей магии, зная, что она скоро опять вернется к нему. Магия Темного Лорда, соединяясь с магией жертвы, увеличивала силу хоркрукса, если он создавал его сразу же после убийства.

Когда Волдеморт попытался убить меня, сила маминой любви и ее остаточная магия не позволили этого сделать. Скорее всего, магия моей матери соединилась с моей собственной, именно поэтому заклинание отрикошетило в Волдеморта. Он исчез, но часть его магических сил осталась во мне.

– Но ты не можешь отражать убивающее проклятие, - медленно произнесла Гермиона, пытаясь осмыслить то, что говорил Гарри.
– Как оно могло отрикошетить?

Поттер тяжело вздохнул:

– Вот мои предположения о том, что случилось.

Волдеморт вошел в наш дом. Убил папу. Мама знала, что происходит и, вероятно, оградила меня каким-то щитовым заклинанием. Риддл вошел в комнату, и она стала умолять его сохранить мне жизнь. Не ее жизнь. Если предположения Дамблдора о силе любви чего-то стоят, то это укрепило возведенные щитовые чары. Однако Волдеморт не принял этого в расчет. Все его внимание было сфокусировано на мне. Он убил маму, когда она не ушла с его пути, не зная, что тем самым еще больше усиливает ее заклинание. Темный Лорд попытался вселиться в меня, чтобы оставить во мне часть своей магии, как и планировалось, но он не ожидал, что у него возникнут проблемы из-за маминой защиты, окружавшей меня. Это очень ослабило его. Волдеморт отказался от попытки вселиться в меня и бросил Убивающее проклятье, но мамины щитовые чары сработали. Заклинание отрикошетило в его ослабевшее тело… и Риддла не стало.

– Довольно спорное предположение, - скептически сказала Гермиона.

– Не такое уж спорное, как можно подумать, - с горечью возразил Гарри.
– Когда я сказал Риддлу, что моя мама умерла, пытаясь спасти меня, он признался, что это было мощное контрзаклинание. Не знаю, были это щитовые чары или что-то иное, но в любом случае ее заклинание сработало, раз я до сих пор жив.

Дамблдор настойчиво утверждал, что «сила, неизвестная Волдеморту» - это любовь. У меня она есть, а у него - нет.

Волдеморт позже пытался вселиться в меня. В Министерстве. Он не продержался долго, и я при этом испытывал сильную боль.

Мы знаем, что Убивающее проклятье отрикошетило. Возможно это технически или нет, но это случилось.

Я получил от Волдеморта возможность говорить на парселтанге. Способность, которой я не должен был бы обладать.

– Да, - немного нетерпеливо возразила Гермиона.
– Мы все это знаем. Но…

– Гермиона, - резко перебил ее Гарри.
– Послушай меня. Ты права. Я до сих пор не знаю, как именно работает мамино контрзаклинание. Я совершенно не понимаю этой магии. Однако я точно знаю, как Волдеморт создавал хоркруксы.

Гермиона и Рон вздрогнули от того, с какой силой прозвучали эти слова. Но Поттер был весьма решительно настроен на то, чтобы заставить их понять.

– Я совершенно уверен, что Волдеморт в меня тогда все же вселился. Это в его духе, и это единственное объяснение тому, как во мне оказалась часть его силы.

– Значит, ты утверждаешь, что он нарочно поместил в тебя часть своей силы?
– недоверчиво спросил Рон.

– Да. Вспомни, он не знал всего пророчества, и поэтому ему было невдомек, что именно этого делать не стоит. Он вселился в мое тело и отдал мне часть своей магии. Не души, - подчеркнул Гарри.
– При этом он создал между нами связь, но я не думаю, что нарочно.

– А зачем он сделал это?
– жалобно спросила Гермиона.
– Не вижу логики.

– Если бы ты была на его месте, то видела бы, - настойчиво утверждал юноша.
– Он ценит силу превыше всего. Вселиться в человека, по его мнению, означает овладеть им. Перенести в жертву часть своей магии означает получить полный контроль над магией этой жертвы.

– А связь между вами?
– спросила Гермиона, нахмурившись.

– По-моему, ему нужна была ментальная связь, чтобы передать магию. Он создал ее, и почти сразу же после того вселился в меня. Все происходило очень быстро. Когда он натолкнулся на мамину защиту, то отказался от идеи переноса магии и попытался меня просто убить. Учитывая, что Риддл не знал о нашей связи до недавнего времени, полагаю, он считал, что ему не удалось установить ее.