– Да.

– И судя по тому, что я сейчас здесь, ты пойдешь на все ради достижения своей цели, - Малфой не спрашивал, а констатировал факт.

Поттер лишь кивнул.

Люциус ненадолго замолчал, изучающе глядя на юношу.

– У меня есть причины изменить свои взгляды, к тому же я не хочу возвращаться к Темному Лорду и служить ему лишь для того, чтобы получать наказания, - признался он и добавил, - в Азкабане у меня было много времени, чтобы подумать.

Эти слова подтвердили предположения Дамблдора.

– Я всецело доверяю Нарциссе. И, по иронии судьбы, только ты можешь гарантировать мне свободу, насколько это будет в твоих силах.

Он несколько секунд колебался, и Гарри невольно затаил дыхание.

– Я доверяю вам, мистер Поттер, и я ваш слуга, - официально произнес Малфой.

Гарри с облегчением выдохнул и поднял брови, удивляясь склонности Малфоев вести себя так величественно, объявляя о переходе на другую сторону. Он краем глаза заметил удивленный взгляд Северуса, но главным образом был сосредоточен на Люциусе.

– Я ценю патетические заявления, но вы никогда не будете моим слугой. И все же я принимаю ваше обещание служить Светлой стороне.

– Какие требуются доказательства моей искренности?

– Драко в свое время предложил допросить его с Веритасерумом, но я не стал этого делать, - признался Гарри.
– А вот вам я дал бы сыворотку правды, поскольку вы неоднократно пытались убить меня.

– Что ж, мудрое решение, - Люциус наконец-то усмехнулся.

– Ремус?
– окликнул Гарри Снейпа.

Тот покачал головой и пояснил:

– Сначала мы должны сделать то, зачем пришли, и убраться отсюда. Неразумно задерживаться здесь, а мы и так пробыли в доме гораздо дольше, чем я рассчитывал.

– Да, конечно, - согласился Люциус. Он встал и подошел к портрету, висевшему на стене.

– Портреты, - простонал Гарри.

– Они не опасны. На всех картинах, находящихся здесь, за исключением этой, изображены пейзажи. А данный портрет разговаривает только со мной.

Юноша понял, что Северус знал об этом. Он спокойно наблюдал, как Люциус тихо разговаривает с изображением, а потом прижимает ладони к раме. Края картины вспыхнули белым светом, и она исчезла.

Гарри мало что видел со своего места, но решил, что с его стороны было бы грубо и невежливо, если бы он полез заглянуть внутрь. Юноша был удивлен, когда Люциус вытащил из образовавшегося на месте картины отверстия магический сундук. Он жестом пригласил Поттера подойти ближе и открыл первое отделение.

– Полагаю, это то, что ты хотел получить, - сказал Малфой и протянул ему медальон.

Гарри широко ухмылялся, принимая артефакт. Он сразу же узнал его - по воспоминаниям, которые видел в думосбросе, и по своим собственным - об уборке на Гриммаулд Плейс.

– Да, это то, что я искал, - прошипел юноша. Он разглядывал медальон с выгравированной буквой С на крышке и не осознавал, что говорит на парселтанге до тех пор, пока не заметил испуганные взгляды Люциуса и Северуса.

– Простите. Инициалы выгравированы так, что напоминают змею, - пробормотал Поттер.

– Это то, что нужно?
– спросил Северус.

– Да, - ответил Гарри, даже не осознавая, что сияет от возбуждения. Он небрежно помахал медальоном.
– Вот теперь можно сказать, что день прошел плодотворно.

– Спрячь его, - приказал Снейп.

Гарри послушался и сунул артефакт поглубже в карман джинсов. Люциус поморщился, увидев это, но ничего не сказал.

Он попросил разрешения взять сундук и пройтись по Мэнору - посмотреть, не забыла ли чего Нарцисса. Северус не разрешил ему ничего больше брать, сославшись на то, что их могут обнаружить. Он неохотно согласился взять сундук, но настоял на том, чтобы сначала проверить его. Гарри не был уверен, что Люциус позволит, но тот, в конце концов, подчинился. Снейп проверил все отделения, тщательно сканируя его разными заклинаниями. Поттер даже не претендовал на то, чтобы понять, что делает профессор, и просто с любопытством наблюдал.

Чем дольше они находились в Мэноре, тем больше нервничали, и Гарри испытал огромное облегчение, когда Северус аппарировал их назад, в лес. Теперь оставалось только допросить Люциуса под Веритасерумом. Поттер уселся на землю, привалившись спиной к сундуку, ему уже было все равно, где они находятся. Было поздно, и он устал. Снейп наколдовал для него стул, а сам вытащил пузырек с сывороткой правды и приготовился к беседе с Малфоем. Гарри был рад предоставить ему заниматься этим.

Он молча слушал, как Северус допрашивает Малфоя. Вскоре до него дошло, что большинство из этих вопросов профессор, очевидно, задавал себе много лет назад. К тому времени, когда Снейп получил удовлетворивший его результат и вытащил антидот, Гарри не сомневался в искренности намерений Люциуса перейти на его сторону.