– Я слушаю.

– Я тоже, - добавила решительно настроенная Гермиона.

– Мерлин, Гарри, - с отвращением произнес Драко.
– Знаешь, что ты бессовестно манипулируешь всеми нами?

– Это не так, - запротестовал Поттер.

– Тогда почему я чувствую себя виноватым за то, что хочу набить Малфою морду?
– мрачно спросил Рон.

Гермиона слабо улыбнулась, но промолчала.

Гарри взъерошил волосы. Он был расстроен. Ему не улыбалась перспектива манипулировать друзьями, он лишь хотел, чтобы они выслушали его.

Драко закатил глаза, будто услышал его мысли.

– Просто поторопись и начни рассказывать. Я уже хочу домой, а это, кажется, займет целую вечность. И даже больше, если ты и дальше будешь молчать.

Гермиона глубоко вздохнула.

– Мы слушаем, Гарри. Что бы ты ни рассказал нам, мы слушаем.

– Да, - тихо поддакнул Рон. Он все еще выглядел недовольным присутствием Малфоя.

Вздохнув, Гарри начал говорить. На этот раз он начал рассказ с самого начала лета, почти ничего не пропуская.

Он избежал упоминаний о хоркруксах, к огромному облегчению Рона и Гермионы, также он утаил подробности их с Драко отношений - к огромному разочарованию близнецов и Джинни. Ему не хотелось озвучивать смущающие моменты, и он опустил те несколько случаев, когда плакал. А еще Гарри решил не рассказывать кое-каких вещей о Северусе, поскольку ему не хотелось, чтобы тот прибил его за излишнюю болтливость.

Он рассказал все остальное. Гарри особо подчеркнул роль Драко и Северуса в недавних сражениях. Изложил всю правду про Викторию. Приукрасил историю о том, как оказался связан с Винки. Показал кольца, которые носил на шее. Объяснил, при каких обстоятельствах Нарцисса и Драко пришли жить в его комнату к Дурслям. Упомянул о встречах со Снейпом. Описал ситуацию с нейтральными слизеринцами, которые сейчас находились на Гриммаулд Плейс.

Однако он замялся, когда речь зашла о некоторых вещах, которые технически можно было объяснить (и которые нужно было как-то объяснять). Гарри уже рассказал, что Северус помог ему спланировать финальную битву. Но ему необходимо было признаться лучшим друзьям в том, что он освободил Люциуса. И сообщить им, что он стал убийцей.

Гарри не знал, сколько времени он говорил, но все хранили полное молчание. Даже Гермиона не задала ни одного вопроса. По их с Роном виду было понятно, что они пытаются во всем разобраться. Близнецы и Джинни выглядели так же, поскольку не знали многого из сказанного. Гарри покосился на Драко - тот сидел, глубоко задумавшись.

– Ты кое-что упустил, - многозначительно заметил Малфой.

Гарри потер виски, пытаясь не обращать внимания на ограниченность движений в плече. Сейчас оно почти не болело, но еще и не зажило полностью.

– Помфри не велела тебе шевелить плечом до конца дня, - проворчал Драко, стукая его по руке.

Гарри сердито посмотрел на него и удивился, когда увидел, что Малфой достает из кармана пузырек с Болеутоляющим зельем, откупоривает и протягивает ему. Он выпил, не очень веря, что зелье поможет. Конечно, оно могло унять головную боль и боль в плече, но даже с его помощью вряд ли легко было решить: как сказать друзьям, что он - убийца.

– Приляг на несколько минут, - приказал Драко.

– Нет, мне нужно покончить с этим, я не могу позволить себе уснуть сейчас, - возразил Гарри.

– Я не дам тебе уснуть, - уверил его Малфой, - но перерыв на несколько минут тебе не повредит. К тому же мне кажется, за это время ты сможешь придумать, как объяснить все остальное.

Гарри поморщился. Он снял надоевшую повязку и лег, опустив голову на колени Драко. Потом рискнул взглянуть на Рона. Тот кривился, но в его взгляде, обращенном на Малфоя, больше не было ненависти. Впрочем, Гарри должен был признать, что после его рассказа Рон был слишком шокирован и сбит с толку, чтобы реагировать адекватно.

Он взглянул на Драко и поморщился, увидев, что Рон уже успел выплеснуть часть своей злости. Глаз бойфренда был фиолетовым.

– Боевая рана, - невозмутимо ответил Малфой, перехватив его взгляд.

Гарри расхохотался.

– Ты был очень храбрым, - сказал он.

Драко скривился.

– Спасибо, я оставляю храбрость тебе. Я здесь просто… ну, ты знаешь, почему я здесь.

– Ты здесь потому, что Гарри может втянуть тебя во что угодно, - сказала Джинни с нахальной усмешкой.

– Не помню, чтобы я спрашивал твое мнение, Уизлетта, - надменно произнес Малфой.

– Не называй ее так!
– крикнул Рон.

Гарри и Джинни переглянулись.

– Гм, Джинни, я не обратил внимания… - Гарри пытался сообразить, как извиниться за то, что не одернул Малфоя. Он автоматически переводил его реплики на нормальный язык и поэтому больше не замечал, когда Драко называл ее так. В конце концов, это же был… Драко.

– Все в порядке, - смущенно сказала Джинни, пожимая плечами.
– Я тоже не обратила внимания.