– Я не очень хорош для нее, да?
– спросил Малфой.

Гарри посмотрел на него и медленно покачал головой, потом он снова перевел взгляд на Викторию.

– Это неправильно - держать ребенка взаперти, - тихо сказал он.

– И ты только что это понял, - догадался Драко.

Поттер тяжело вздохнул и просто кивнул.

– А что если тебе взять ее с собой к Уизли, - как бы между прочим сказал блондин.

Гарри пристально посмотрел на него, но наткнулся на ненавистную ему проклятую ничего не выражающую маску.

– Меня засыплют миллионом вопросов, на которые я не смогу ответить, все начнут суетиться вокруг Виктории, но будем надеяться, что она будет рада выбраться отсюда хоть ненадолго.

– А потом?
– спросил Драко.

Гриффиндорец недоуменно нахмурился, но все равно ответил.

– А потом мы вернемся назад, я буду чувствовать себя виноватым, снова оставляя ее с Винки, а потом пойду заниматься своими делами в доме.

– Ты принесешь ее назад?
– спросил Малфой, по-прежнему безразличным тоном.

– Конечно, я принесу ее назад!
– горячо воскликнул Гарри.
– Я никому не позволю забрать ее у меня!

Он распахнул глаза так же широко, как и Драко.

– Твою мать!
– тихо воскликнул брюнет и, подтянув колени к груди, уткнулся в них лицом.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только воркованием Виктории. Через пару минут он поднял голову и посмотрел на слизеринца.

– Послушай, я знаю, что это не мой ребенок, и я не собираюсь отнимать ее у тебя. Просто… - заговорил было он и неловко замолчал.

– Ты хотел сказать, что Викторию у тебя могут забрать только через твой труп, - сказал Драко по-прежнему подозрительно ровным голосом.

– Да, - выдавил Гарри.

– Тогда ты можешь взять ее с собой, - сказал блондин.

– Что?
– переспросил Поттер, не веря своим ушам.

– Ты можешь взять ее с собой к Уизли. Конечно, если там достаточно безопасно для нее, она действительно не должна сидеть здесь целыми днями, - сказал Драко, хотя и неприязненно скривился. Он уперся взглядом в Гарри и сказал: - Я верю тебе.

– Как я, черт побери, объясню, откуда у меня взялся ребенок?
– скептически поинтересовался Поттер.

Малфой снова скривился.

– Ты можешь говорить всем, что это ребенок кого-то из знакомых твоей тети. Они погибли во время нападения, и ребенка подбросили ей, - сказал он, ему явно не нравился такой вариант истории.

– Но поскольку тетя никогда не жаловала подброшенных детей, - горько добавил Гарри, - за Викторией в основном ухаживаю я.

– Вот именно, - согласился Драко.

Брюнет снова уткнулся головой в колени, обдумывая легенду. Возможно, это могло сработать, особенно в отношении тех, кто был наслышан о Дурслях, и этого было достаточно, чтобы придать истории правдоподобность.

– Думаю, что тебе стоит согласовать этот рассказ со своей тетей, на тот случай, если кто-нибудь решит проверить.

– Например, Гермиона, - пробормотал Гарри. Он внимательно посмотрел на Драко.
– ты ведь уже подумал об этом, да?
– спросил он.

Тот немного подавленно улыбнулся, но кивнул.

– У меня было время, чтобы придумать правдоподобную ложь для подобной ситуации, - сознался он.

Поттер засмеялся.

– Ну, должен признать, что в таком случае мне будет легче объяснить, почему я так поспешно ушел прошлой ночью, - сказал он.
– Может, это будет не очень легко, но я могу обоснованно рассчитывать на прощение. Поскольку скажи я им правду, они вряд ли поверили бы, что я спешил домой, потому что у меня в постели лежал раненый Малфой, - сказал он с ухмылкой.

– Вот именно, - с усмешкой подтвердил Драко.

Гарри встал и начал одеваться, обдумывая новую проблему.

– А я могу с ней аппарировать?
– спросил он.
– Я нормально переношу аппарацию, а насколько это безопасно для ребенка?

– Вообще-то, я аппарировал с ней сюда, когда пришел в первый раз, помнишь?
– заметил Малфой.

– Я не хочу, чтобы ее расщепило, - нервно пояснил гриффиндорец.

– Все будет в порядке, - успокоил его блондин.

– Тебе легко говорить, - проворчал Гарри, вытаскивая из шкафа джинсы и футболку. Он быстро переоделся, но заметил, как Драко смотрел на него, когда он натягивал через голову футболку.