– Все закончилось, любимый. Я здесь. Никто тебя не тронет. Пойдем домой, ладно? Чшш. Не беспокойся. Все хорошо.

Гарри повернулся и посмотрел на Долиша, на секунду в его глазах промелькнула лютая ярость.

– Уберите отсюда эту чертову падаль! И мне плевать, что он аврор. Если он еще раз попадется мне на глаза, я его прирежу. Этой твари дико повезло, что вы нашли их первыми!

Даже оборотень был ошеломлен такой вспышкой злобы. Тонкс схватила Долиша за руку, кивнула Ремусу и аппарировала прочь. Люпин остался один лицом к лицу с Гарри, всерьез задаваясь вопросом: безопасен ли сейчас юноша сам для себя?

– Успокойся, Гарри. С Драко все в порядке. Долиш напоил его Веритасерумом, он придет в себя к вечеру. Помочь тебе отвести его домой?

Поттер начал дышать немного ровнее, подавив проклятия и бессмысленную злость, которую не мог выплеснуть на старого друга.

– Нет. Лучше отправляйся в главный офис «Волшебных Вредилок Уизли» и предупреди, чтобы они сегодня не ждали Драко. Расскажи им, что случилось, а мы аппарируем домой.

Гарри и Драко исчезли с приглушенным хлопком. Ремус Люпин сунул руки в карманы и пошел на Диагон Аллею. Он спрашивал себя, что случилось с темноволосым мальчиком, которого он помнил?

– ---------------------------------------------------

Гарри аппарировал их прямо в спальню. Он осторожно уложил Драко на кровать, а когда попытался отодвинуться, тот вцепился в рукав его рубашки и притянул к себе. Неожиданно Малфой заговорил довольно осмысленно:

– …не… ух`ди, Гарри. Я х`чу моего Гарри. Гарри-герой-геморрой. Гарри… геморрой, ха-ха-ха! Я так л`блю т`бя.

Злость и страх Поттера растаяли, как лед под лучами солнца. Его трясло, он вдруг почувствовал себя усталым и очень, очень старым. Было невозможно устоять перед расфокусированным взглядом серых глаз и мольбами не уходить. Гарри сбросил ботинки и лег рядом с Драко, тот сразу же прижался к нему и влажно засопел в рубашку. Поттер поцеловал его в горячую макушку и зашептал успокаивающе:

– Я тоже очень люблю тебя и никуда не уйду. Я весь твой. Навеки. Я люблю тебя больше всего на свете.

– Н`век` …блю тебя.

Драко что-то тихонько мурлыкал, уткнувшись в грудь Гарри. Потом приподнял голову, взгляд его невероятно широко распахнутых глаз был серьезен.

– Пр`сти, что тебя вырвало из-за меня. Н`рмально. Знаю, я грязный… и я шлюха. Прост` я был так… возбужден. Шлюха… потаскуха, Гаррюха, шлюха, - Драко захихикал и вдруг разрыдался в плечо Поттеру.

Гарри сначала ничего не понял, а потом до него дошло. Драко решил, что его утренний приступ случился… из-за него, из-за того, чем он занимался, когда жил в Лондоне. Не удивительно, что он сбежал утром! Он решил, что его прошлое вызывает отвращение. Это было логично, но у Поттера разрывалось сердце из-за того, что Драко весь день думал о нем так.

– Это неправда, любимый! Меня тошнило вовсе не из-за тебя. Меня тошнило от себя самого. Это никак не связано с тобой. Ты прекрасен, ты - само совершенство, и я не хотел бы испытать то, что было у нас с тобой утром, ни с кем другим. Только с тобой. Я люблю тебя очень сильно, до боли в сердце. Я не знаю, как это выразить словами, любимый. В тебе нет ничего порочного, и я люблю тебя таким, какой ты есть. Меня никогда, никогда не могло быть плохо из-за тебя. Понимаешь?

– Ты правда так сч`таешь, Гар-гарри?

– Конечно правда! Не могу поверить, что ты мог такое обо мне подумать. Мне плевать на твое прошлое. Оно осталось позади, а я люблю тебя сейчас, сегодня, остальное не имеет значения.

Драко опять уткнулся в грудь Гарри, счастливо вздыхая:

– Слишком… слишком глуп… добр ко… мне. Я лгун, я плохой, ин-интри… ик! …ган. А ты все равно л`бишь меня. Т… т`кой хороший. Мой Гарри.

Гарри убрал с лица Драко спутанные волосы и улыбнулся ему, хотя его сердце разрывалось от жалости. Даже вылечившись, Малфой продолжал бороться со своими воспоминаниями. Гарри никак не мог убедить Драко поверить в то, что он не испытывает былой ненависти, и очень переживал из-за этого. Поттер не знал, что его бойфренд говорит о заговоре, против него, в котором участвует сейчас, а не о школьных годах, и что тот чуть не выдал себя с головой.

– Забудь об этом, любимый. Тебе нужно отдохнуть. Я буду рядом… не беспокойся… тебе нужно выспаться.

Гарри немного сполз вниз и обнял Драко. Тот вдруг изогнулся и начал расстегивать свою рубашку.

– Слишком… тепло. Жарко. Слишком жарко.

Поттер сел и начал ему помогать - Малфой испытывал серьезные затруднения с моторикой движений и без конца хихикал. Наконец, они расстегнули все пуговицы. Прежде чем снять рубашку, Драко плюхнулся на спину и начал стаскивать с себя брюки. Гарри решил, что блондин, с наслаждением растянувшийся на постели в одних лишь крохотных темно-зеленых трусиках, выглядит очень привлекательно. Драко прикрыл глаза и улыбнулся; он лег на бок, провоцирующе, если не бесстыже, демонстрируя Гарри задницу.

Сзади его трусики представляли собой одну-единственную, очень узкую веревочку. У Поттера взыграли гормоны, но он взял себя в руки и отвернулся от впечатляющего зрелища. Драко говорил воркующим голосом:

– Тебе нравится? Ты купил их… мне. Но не знал об этом.

Гарри собрал в кулак всю свою силу воли. Ему надо было укрыть Драко одеялом, обнять и держать так до тех пор, пока тот не уснет. Он не смел дотронуться до Драко… в том самом смысле… когда любимый был в таком состоянии. Малфой не отдавал себе отчета в том, что говорил и что делал. Пока он придет в себя, пройдет несколько часов. А до тех пор Гарри должен держаться. Каким-то образом.