Драко поспешно отполз к стене, подальше от Гарри. Как раз вовремя, чтобы как следует проблеваться, опустошая желудок от еды и желчи. Сквозь приступы рвоты прорывались всхлипы и слезы, прожигавшие горячие следы у него на щеках. Они капали с его лица вперемешку с соплями и желчью. Он так устал… Очень сильно устал. И тут Драко услышал какой-то шорох.

Гарри полз к нему. Его глаза были налиты кровью и расфокусированы, но на губах играла слабая улыбка. Драко на мгновение подумал, что это выглядит забавно. Он засмущался от мысли, что Гарри видит его таким: перепачканным в крови, с сопливым носом и мутным взглядом. Поттер подполз к стене и сел, опираясь на нее спиной. Он хрипло рассмеялся. Гарри сорвал голос, когда кричал под Круциатусами, и издаваемые звуки были похожи на скрежет, но Драко слушал его слова сердцем.

– Рад… что ты смог… сделать это, любимый. Жаль… что ты пропустил… вечеринку в моей голове. Хорошие новости. Темного Лорда… больше нет… есть только тот… кто надеется… что ты все еще любишь его.

Драко вытер рот и подбородок рукавом пижамы, высморкался и откашлялся, пытаясь перевести дыхание, потом подполз к Гарри и, втиснувшись между ног, прижался спиной к его груди. Движения Поттера были нескоординированными, резкими (сказывались последствия Круциатусов), и он не смог крепко обнять Драко, но тот сам теснее прижался к горячему телу, дрожа от холода и пережитых испытаний. От пижамы было мало толку в декабре, особенно в ночном Лондоне. Драко не волновало, что от прикосновения по коже бежали мурашки, он хотел быть рядом с Гарри. Он вдыхал запах его пота, слабый аромат «Норы» и дешевого мыла, которым Поттер всегда пользовался. Это был запах дома, безопасности и нормальной жизни - именно то, чего он так отчаянно хотел.

Драко закрыл глаза и тихо заплакал. Время от времени он шептал охрипшим голосом признания в любви, перемежая их горячечными извинениями за обман.

Гарри нежно гладил спутанные белые волосы, уставившись на дальнюю стену плохо сфокусированным взглядом, и пытался утешить Драко, насколько хватало дыхания.

– Все хорошо, любимый. Я… я понимаю. Я знаю, любимый. Я знаю. Ты пытался… пытался спасти меня. Несмотря на все, ты… ты пошел за мной. Я слышал тебя, любимый. В душе. Я слышал тебя. Ты… ты дал мне силу, любимый. Я, наверное, умер бы… если бы не ты. Я очень люблю тебя. Слышишь? Я люблю тебя больше всего на свете. Больше власти, денег, жизни… всего. Я люблю тебя, Драко. Навечно. Я люблю тебя.

Охранные чары, которые Гарри наложил на здание, разлетелись. Послышались крики и топот. В пакгауз ворвались авроры в полном походном снаряжении, и уже через полминуты было объявлено, что опасности нет. Тут же вошли медики и следственная группа, а за ними - Кингсли Шеклболт, ликвидаторы проклятий и Невыразимцы. Кингсли подошел к Гарри и Драко, молча кивнул им и повернулся к своей команде.

– Я даю вам десять минут! Тут не должно остаться ни единого пятнышка! Измените память не только тем, кто живет по соседству, но даже уличным котам! Чтобы не было никаких свидетелей, никаких слухов, ничего! До тех пор пока я не расскажу о том, что здесь случилось, вы все тоже не скажете НИ ЕДИНОГО СЛОВА! Мы все обсудим в штабе. Медики, осмотрите этих двоих… НЕМЕДЛЕННО! Пошевеливайтесь!

Появилась Нимфадора Тонкс, которая тащила за собой приведенного в чувство и связанного магическими путами Гайд-Прэтта.

– Один жив, Министр. Когда оклемается, я посажу его в камеру особого режима. Будем допрашивать с Веритасерумом?

Кингсли скривился.

– Да, конечно. Уберите эту мразь с глаз моих долой. Кроме допроса приказываю провести личный досмотр. Доскональный. Скажите ребятам, чтобы вывернули этого ублюдка наизнанку.

Тонкс насмешливо и выразительно подмигнула Гарри и поспешно отсалютовала Кингсли.

– Есть, сэр.

У Поттера не осталось сил даже на то, чтобы усмехнуться. Он чувствовал, как заклинания используются и слышал, как откупоривают пузырьки с зельями. Медики работали оперативно, но судя по всему, этой ночью им с Драко еще не скоро удастся попасть домой.

Глава 68. Из пепла.

Гарри сидел на скамейке в коридоре Хогвартса, погрузившись в невеселые мысли, которые непрестанно кружили у него в голове. Прошла неделя. Сейчас он ждал возвращения Драко. Тот был в подземельях с Северусом Снейпом, которого два дня назад пригласили вернуться в школу и занять свои прежние комнаты. Гарри ждал его перед кабинетом директора - когда Драко вернется, они должны были вместе повидаться с портретом Дамблдора. Им многое нужно было обсудить, но сейчас Поттеру не оставалось ничего иного, кроме как ждать.

Сюрреалистично. Сюрреалистично - хорошее слово для описания недели, прошедшей со дня зимнего солнцестояния. Через два дня наступал Новый год, и Молли скрупулезно планировала праздник, намереваясь провести его тише, чем обычно, потому что у Драко к тому времени будет очень сильно болеть голова. Сегодня зельевар должен был досконально проверить состояние сознания Драко. Процедуру выстраивания щитов придется провести снова, в надежде что этот раз - последний и что через несколько лет Малфой окончательно поправится.

Все получилось не так уж плохо, благодаря Кингсли Шеклболту, который ухитрился скрыть подробности дела, ловко перемешав правду и вымысел, что-то приукрасив, а что-то опустив. До сведения прессы было доведено, что банда Лестранджа придумала безумный, обреченный на неудачу план, по воскрешению Темного Лорда. Якобы этот план подразумевал принесение в жертву как Пожирателей, так и невинных жертв. Преступления Гарри были приписаны мерзавцам Пожирателям, и ему не было предъявлено никаких обвинений.