Одно никогда не изменится. Мы будем скучать по тебе, и будем любить тебя.

– Эй, братишка! Ты идешь? Я уже замерз и к тому же через полчаса мама будет всех звать на ужин. Я готов. А ты?

Джордж вернул глазницу на свое место и закатил глаза в притворном раздражении. Он поднялся с колен и побрел по снегу к Фреду.

– Мерлин! Ты думаешь только о своем желудке? Да, я тоже готов. Пошли.

Пока, сестренка. Я буду приходить. Не думай, что мы тебя забыли. Мы не забудем. Никогда.

Близнецы Уизли исчезли с характерным для аппарации приглушенным хлопком. Цветы остались, и морозный декабрьский ветер тихо заметал их снегом.

– -------------------------------------------------------

В «Норе» встречали Новый год. Народу собралось больше, чем обычно. Перед ужином то и дело слышались хлопки аппараций, и время от времени ревел камин, возвещая о появлении кого-то из гостей. Гарри весь вечер наблюдал за Драко. Тот вел очень оживленный разговор, несмотря на слабую головную боль, которую испытывал после лечебного сеанса. Все прошло неплохо, и Снейп сделал свое дело как всегда великолепно, но Гарри видел, что Драко время от времени сотрясает дрожь и у него руки чесались подойти и обнять бойфренда, чтобы успокоить.

Малфой болтал с Эйлин, девушкой Рона, и, судя по всему, прекрасно проводил время. Эйлин была хорошенькая, с рыжими волосами (гораздо темнее, чем у семейства Уизли) и голубыми необычайно яркими глазами. Она была энергичной, интеллигентной и обладала прогрессивными взглядами, что объясняло, почему она смогла работать руководителем среднего звена в серьезной благотворительной организации, еще до того, как ей исполнился двадцать один год.

Гарри считал, что она прекрасно подходит Рону, но видел, что Молли в этом вовсе не уверена. Она всегда оберегала своих мальчиков, и горе было той женщине, которая не подходила под ее критерии, установленные для потенциальных невесток. Но сейчас Молли неохотно была готова признать, что девушка хорошая и что она, кажется, удовлетворяет всем ее запросам.

Эйлин была ирландкой по происхождению, но с детства жила в Англии. Ее отец двадцать лет назад был звездой ирландского квиддича. Ее интересами были образование, квиддич и благотворительность, и это очень хорошо характеризовало ее в глазах Драко, который отлично во всем этом разбирался и чувствовал в новенькой родственную душу, поскольку и сам сравнительно недавно появился в доме Уизли.

Гарри окинул взглядом комнату. Рон ожесточенно сражался в магические шахматы с отцом, своим вечным противником, Перси и его невеста Пенелопа внимательно наблюдали за игрой и болтали с Биллом и Флер. Молли деловито сновала между гостями, левитируя перед собой сидр, тыквенный сок и чай. Ремус Люпин и Нимфадора Тонкс вели очень серьезный разговор с Фредом и Джорджем, и Гарри решился присоединиться к трио, которое образовали последние прибывшие гости: Чарли, Дула и Северус Снейп. Они стояли около камина, и, кажется, Снейп неплохо поладил с единственным из присутствующих студентом Дурмштранга, Дулой.

Гарри так и не понял, почему Снейп решил вчера остаться после того как восстановил щиты в сознании Драко. Этот человек чертовски стеснял его одним лишь фактом своего присутствия. Зельевар часто прикладывался к металлической фляжке, которую принес с собой, окидывал беглым взглядом комнату, но по его черным глазам нельзя было понять, что у него на уме. Вчера Поттер достаточно вежливо поблагодарил Снейпа и уже собирался сказать до свидания, но Молли пригласила профессора отпраздновать с ними Новый год... Вопреки всем ожиданиям, сальноволосый мерзавец согласился.

Гарри медленно шел к ним, откровенно игнорируя напряженную гримасу Снейпа, который заметил его приближение.

Дула рассказывал о старых заклинания и отличиях в учебной программе Дурмштранга, и Гарри незаметно примкнул к разговору, помалкивая, когда ему нечего было добавить. Сначала Чарли ушел за сидром и по пути остановился, чтобы поговорить с младшим братом, который, наконец, проиграл отцу, а потом Дула вежливо извинился и направился в ванную. Гарри обнаружил, что в канун Нового года он стоит у камина и пьет сидр с Северусом Снейпом. В этот момент он даже подумал (конечно, не всерьез), что может лучше было бы, если бы его убил Волдеморт.

Северус закатил глаза, отхлебнул из фляжки, потом бросил на Гарри испепеляющий взгляд и произнес:

– Что?! Если вам есть что сказать, то давайте, выкладывайте, Поттер!

Гарри ощетинился, услышав, каким тоном это было сказано. Та же самая снисходительность, которую он терпел почти десять лет.

– Мне просто интересно, что у вас в этой фляжке. Я не видел, чтобы вы сегодня вечером пили что-то еще.

Снейп посмотрел на Гарри, потом осторожно оглянулся по сторонам и заговорщически прошептал:

– Оборотное зелье. Я не настоящий Северус Снейп, а агент Волдеморта, который пришел сюда, чтобы убить Мальчика-Который-Выжил.

У Гарри сразу же волосы на загривке встали дыбом и подозрительность достигла пика, но тут он обратил внимание, что кое-что в этом заявлении было неправильным. Во-первых, Оборотное зелье пьют не каждые пять минут, а с интервалом в час. Во-вторых, профессор выглядел так, будто его лицо вот-вот расколется пополам от попытки сдержать издевательскую ухмылку... к тому же нетрезвую. Снейп загоготал! Снейп!