Соколов неохотно бросил взгляд на документ – это был короткий список из шести фамилий с инициалами.

– Что это такое, товарищ полковник? – поднял он глаза на Боголюбова.

– Список слушателей, зачисленных в этом году на первый курс Икс-факультета. Полагаю, это немного поможет нам с вашей личной причиной. Я прав?

Глеб торопливо перечитал документ.

– Так точно, товарищ полковник! Так точно, од-сун!

Под номером два в списке значилась «Боголюбова В.С.»

Старт челнока, несмотря на всю предполагавшуюся непубличность этого мероприятия, собрал огромное количество народа, в основном, по большому счету, никакого отношения к нему не имеющего. Это замечание не относится, конечно, к таким персонам, как специальный представитель Генерального секретаря ООН, под чьим патронажем существовала теперь Школа, а также многочисленным дипломатам и сотрудникам всевозможных спецслужб – а часто тем и другим в одном лице. Но были и просто неведомо как просочившиеся на площадку личности – вроде популярной когда-то эстрадной певицы или модного телеведущего – и это при том, что никаких специальных приглашений или пропусков на мероприятие не рассылалось, а само место старта окружала, по меньшей мере, дюжина колец усиленной охраны.

С трудом продравшись сквозь всю эту толпу, Иван присоединился, наконец, к своей делегации. Пятеро первокурсников, уже переодевшихся в белые парадные комбинезоны военно-космических сил Альгера, робко толпились вокруг полковника Боголюбова. Шестой новичок – Лера – стояла чуть в стороне, рядом с Глебом. Завидев Голицына, она радостно улыбнулась ему.

– Привет, – бросил тот, подходя ближе и обмениваясь рукопожатием с Соколовым. – Все здесь? А где Пашка?

– Вон там, интервью дает, – Глеб махнул рукой куда-то в сторону. – Вообще, не Школа, а балаган какой-то! Артисты, журналисты… Ну как, видел Эмму? – спросил затем он.

– Ну, – кивнул Иван. – Они – в смысле, австралийцы – уже загрузились в челнок.

– Китайцы с индусами тоже. Да, ты слышал? – арабы летят! Продавили себе квоту через ООН.

– Да ты что?! Надо же! Нет, я только про бразильцев слышал.

– Не бразильцев, а южноамериканцев, – поправила Лера. – Там у них в составе и аргентинец, и чилиец, и, кажется, даже один кубинец.

– А ты-то откуда знаешь? – хором спросили Глеб и Иван.

Чуть потупив глаза, девушка загадочно улыбнулась.

– А, ну конечно, папаша-куратор! – протянул Соколов.

– У всех свои недостатки, – пожала плечами Лера.

– Россия, на посадку! – из люка челнока показалась голова нард-кора Нивга.

Первокурсники засуетились, торопливо подхватывая свои пожитки. Старожилы старались, насколько это было возможно, сохранять невозмутимость.

– Ну что, идем? – спросила друзей Лера.

– Идем, – кивнул Иван.

Глеб поднял с земли Лерину спортивную сумку и вслед за половником… или нет, правильнее сказать – за од-суном Боголюбовым курсанты двинулись к трапу.

Для Голицына с Соколовым, для Пашки Хохлова, равно как для уже занявших свои места в челноке Эммы Маклеуд, Збышека Мазовецки, китайцев Чжу Пэна и Чана Бяо и сикха Сварама Сингха начинался ВТОРОЙ КУРС.