«Шустер!» — подумал Маркитанов, не без восхищения глядя, как Олег Степанович совершенно беззвучно перемахнул огромный ствол поваленного дерева. Впрочем, отвлекаться на постороннее не следовало, и Дмитрий, направив всю свою внимательность на выбор пути, поспешил дальше.

«Мина», — остановившись, Маркитанов указал пальцем на торчавший из земли провод. Проверять, действительно это вражеский замыкатель или просто кусок невесть каким образом оказавшейся здесь изолированной проволоки, не было ни времени, ни желания. «Следовать за мной!» — показал он рукой и, слегка попятившись, начал обходить опасную находку по кругу. Густые, темно-зеленые ежевичные плети, поднимаясь едва ли не до коленок, мешали идти, цепляясь за штаны и ботинки. Маркитанов преодолевал небольшую канаву, когда из-под ног выскочил черный комок енотовидной собаки. Тявкнув от неожиданности, зверь, быстро перебирая лапами, скрылся за деревьями.

«Вот скот, напугал!» — ругнулся Дмитрий, опуская вскинутое к плечу оружие. Но столь близкое появление животного радовало, значит, его разведчики шли достаточно тихо. Чуть позже мимо пронеслась стайка напуганных кем-то кабанят. Метр за метром одолевая пространство, спецназовцы все ближе и ближе подходили к вражеской базе. Дмитрий останавливался все чаще и чаще. Прислушивался, подолгу рассматривал подозрительные места. И убедившись, что они не несут опасности, продвигался дальше.

«Вот и пришли», — подумал Дмитрий и, показав бойцам — «садимся», прислонился спиной к дереву. Взглянул на часы. Время приближалось к трем часам пополудни.

— Второй — Первому, Второй — Первому! — присев на корневище, зашептал Дмитрий в микрофон рации.

— Первый на приеме, — загремел в ухе голос командира группы.

— Вышли на исходную, — сообщил прапорщик, думая, что, пожалуй, следует убавить громкость, и одновременно ощупывая карман разгрузки в поисках запасной батарейки. Увы, ее не было.

— Выдвигайтесь дальше, — дал «добро» на дальнейшие действия группник.

— Принято! — тут же отозвался Маркитанов и, повернувшись к остальным разведчикам, скомандовал: «Двигаемся!» После чего, низко пригнувшись, первым пошел вперед.

«Тише, тише!» — мысленно повторял он, уже ползком подбираясь все ближе и ближе к «чеховской» базе. Так что треск ветки, раздавшийся за его спиной, показался подобным выстрелу.

«Какая сволочь…» — замерев на месте, прапорщик, не оборачиваясь, поднял левую руку и погрозил кулаком. Слава богам, со стороны противника никто не закричал, не зашумел, не поднял тревоги, но все же звук мог быть услышан, и теперь следовало немного выждать. «Лежим, не двигаемся», — приказал прапорщик и замер в совершенной неподвижности. Время текло бесконечно медленно. Тягостное чувство ожидания давило на плечи, хотелось поскорее оказаться поблизости от врагов и начать действовать. «Как там группер?» — мелькнула мысль. Успех зависел от слаженности и успешности всех разведчиков. Прежде чем начать двигаться снова, Маркитанов поднес к глазам окуляры бинокля и, стараясь держаться как можно ближе к земле, оглядел окрестности. Ничего подозрительного: ни движения, ни звука. Только где-то в отдалении назойливо кричала какая-то птица.

«Ползем», — неслышный приказ, отданный самому себе, и Дмитрий двинулся дальше. Ориентируясь на его действия, продолжили движение и бойцы его подгруппы.

База открылась неожиданно. Внизу за частоколом леса ее бы ни за что не разглядеть, если бы не подвешенный к ветке коровий череп. Расшатываемый ветром, он белым маятником качался из стороны в сторону.

— Ползти ближе рискованно, — шепнул Дмитрий на ухо тревожно застывшему рядом Калинину. Тот, соглашаясь, кивнул. Маркитанов подполз под сплетение ежевики и замер, прислушиваясь и присматриваясь. Совсем рядом, метрах в семидесяти, справа за кустами должен был находиться вражеский пост охранения. Но сидевшие в нем «чехи» сейчас волновали Дмитрия постольку-поскольку. Их черед придет чуть позже. В данный момент Дмитрий все свое внимание обратил на расстилающуюся впереди базу. Но даже в бинокль ему далеко не сразу получилось разглядеть находившиеся на ее территории строения. Вначале прапорщику удалось определить местонахождение хорошо замаскированного схрона, точнее, он увидел, как приоткрылась дверь и из спрятанного в корнях дерева помещения показалась черная, взлохмаченная, наверняка давно не чесанная шевелюра. Ее обладатель задержался на миг, видно, привыкал к солнечному свету, затем выбрался наружу и быстрыми шагами поспешил в стоявшую чуть в стороне уборную. Сделав свое дело, обладатель взлохмаченной шевелюры уже не спеша побрел по базе, словно специально вскрывая для Дмитрия не замеченные им ранее помещения. Вот он нагнулся, цапнул какую-то невидимую для стороннего наблюдателя ручку и приоткрыл дверь, ведущую в еще один хорошо замаскированный схрон, затем, шествуя дальше, окликнул кого-то, видимо, дремавшего в небольшой, давно вырытой и потому поросшей травой траншее. Из траншеи высунулась небритая рыжая морда очередного «чеха», который, видимо, не слишком довольный столь неожиданной побудкой, что-то резко высказал своему лохматому приятелю, при этом весьма бурно размахивал руками, отстаивая собственную правоту. А обладатель свалявшейся шевелюры заулыбался еще шире и двинулся дальше. Пнув попавшийся по пути котелок, он наконец добрался до следующего помещения, на этот раз возвышавшегося над землей и бывшего, по-видимому, «чеховской» столовой. Он поздоровался (во всяком случае, Дмитрий решил, что тот поздоровался) с кем-то, находившимся внутри, и, войдя в дверь, окончательно скрылся из виду. Дмитрий повел биноклем и тут же наткнулся на моджахеда с огромной чернильно-черной бородой. Тот, закинув автомат за спину, довольно резво двигался в сторону разведчиков. Расстояние быстро сокращалось.

«Рассредоточиться!» — знаками показал Дмитрий, гадая, что это за гусь топает по их души. «Агент?» — вспомнилось предупреждение подполковника, находившегося где-то позади. «Может, позвать фээсбэшника? — мелькнула мысль и тут же потонула в другой: — А смысл? Он все равно не знает, как тот выглядит».

— Валера! — одними губами произнес Маркитанов, подзывая к себе лежавшего неподалеку Капустина. И уже знаками: «Будем брать, но не убивать. Понял?»

Тот кивнул.

«Тихо!» — опять же знаками показал Дмитрий, и Валерка снова кивнул. А «чех» все приближался. Дмитрий, стараясь дышать как можно тише, вжался в траву. Все остальные разведчики в этот миг делали то же самое. Шаги были уже совсем близко. Оставалось надеяться, что «чех» (если это был «чех», а не агент) не выйдет прямиком и не наступит на кого-то из затаившихся разведчиков. На всякий случай Маркитанов снял АПСБ с предохранителя. Он уже принял решение: при первом же изданном «чехом» звуке или резком движении без промедления «валить». Рисковать бойцами он не собирался. Если это агент, пусть судят… «Чех» подошел на расстояние пяти метров, не задержавшись и не замедлив шага, двинулся дальше, поравнялся с Дмитрием, прошел. Вот сейчас он уже около Капустина. Пора! Прапорщик резко поднялся, шагнул вперед. Заслышав за спиной шум, боевик начал разворачиваться, и подскочивший сбоку верзила Капустин одной рукой обхватил его за талию, второй в широкой кожаной рукавице зажал нос и рот. «Чех» дернулся, пытаясь освободиться, но оказавшийся рядом прапорщик ухватил его за руки. Попробовал ударить ногой, но промазал.

Полторы минуты бесплодной борьбы, и бородатый оказался в отключке.

— Вяжи! — прошипел Маркитанов, суя в руки Капустина веревку, а сам начиная быстро сооружать кляп из завалявшегося в кармане слегка грязного носового платка. Вот пленник задышал и зашевелился. Зажав боевику нос, Дмитрий сунул самодельный кляп в приоткрывшийся рот и, довольный проделанной работой, опустился на землю. Из-за кустов настороженно выглянул слегка встревоженный фээсбэшник.

— Свой? — опять же одними губами спросил прапорщик, на что подполковник только виновато пожал плечами. «Чех» тем временем открыл глаза.

— Ты кто?

Плененный перепуганно захлопал глазами.

— Надо вытащить кляп, — прошипел подкравшийся сзади подполковник, и Дмитрий непроизвольно крутанул пальцем у виска.

— А как он заорет?!

— Я ему заору! — подполковник красноречиво провел рукой по горлу, но, приблизив лицо к пленному, на всякий случай уточнил: — Не заорешь?

Тот отрицательно замотал головой.

— Вот и хорошо! — удовлетворенно пробормотал Олег Степанович и уже потянулся рукой к кляпу, когда микрофоны в ушах Дмитрия и подполковника вздрогнули голосом командира группы: