– Касеты или сметь?

Незнакомый мужчина недобро рассмеялся и ответил:

– Смерть, разумеется! Твоя смерть, глупый ребенок. Ты так еще мал, что даже не понимаешь, что скоро тебя не будет.

Мальчик, в самом деле, не понимал, как это его не будет. Куда он денется?.. Может, Милорд, как назвал гостя Питер, собирается поиграть с ним в прятки? Но в таком случае, он его либо найдет, либо Гарри сам выбежит к нему с криком: «Ага! Насол!» Только сначала надо разбудить папу, который уснул от того зеленого луча прямо на полу, и успокоить маму, которая открыла глаза и судорожно ищет по бесчисленным карманам фартука волшебную палочку.

– Экспеллиармус! Инкарцеро!
– выкрикнула Лили, обнаружив пропажу.

– Протего!
– мгновенно отреагировал Волдеморт.
– Ты мне надоела, Эванс. Авада Кедавра!

Лили упала на ковер, а Питер зарыдал в голос. Ни Гарри, ни Темный Лорд не отреагировали на это, пристально глядя друг другу в глаза. Малыш не мог оторвать взгляда под воздействием магии, а мужчина выискивал в нем признаки будущего сильного волшебника. Наконец, Волдеморт произнес:

– Теперь твоя очередь, Избранный. Никогда еще не убивал младенцев смертельным заклятием. Гордись!.. Авада Кедавра!

Зеленый луч ударил Гарри в лоб ближе к левой брови. Боль была адской, поэтому малыш закричал и разрыдался. Заклинание же отразилось от него и понеслось к Волдеморту, ударило в грудь и срикошетило вверх. Мужчина упал на пол, а над его телом взметнулось темное облачко и устремилось к потолку, который стал разваливаться.

– Ой, мамочка!
– воскликнул Питер, перекинулся в крысу и побежал к двери.

* * *

Гарри продолжал рыдать, сидя на полу и глядя, как падают куски штукатурки и балки перекрытий. Вокруг мальчика образовался чуть видимый серебристый кокон, который не позволял обломкам касаться его. Вскоре разрушение прекратилось. Перестал плакать и малыш, скорее от удивления - родители не торопились к нему с утешениями, а не потому, что у него прошел лоб. Место, куда попал зеленый луч, щипало и ломило нещадно, и из образовавшегося шрама текла тоненькая струйка крови.

Видя, что родители по-прежнему спят на полу, мальчик сам встал на ножки и пошел их будить. Сначала он начал тормошить маму:

– Вставай! Похая игла!

Она по-прежнему смотрела на него невидящим взглядом. Гарри еще немного ее потряс и, приблизившись к папе, приказал:

– Посыпайся!
– Но и его глаза смотрели мимо сына.

В это момент вернулся Петтигрю. Всхлипывая, причитая и не глядя на ребенка, он подобрал палочку Волдеморта, затем осторожно потрогал его шею, снова всхлипнул, подошел к Лили, встал перед ней на колени и заплакал. Гарри несколько минут смотрел на мужчину, не понимая его поведения. По его мнению, Пит должен был разбудить маму, а не лить слезы.

– Не еви! Азбуди!
– потребовал ребенок и пояснил: - Стасно!

– Проклятый выродок!
– закричал на него Питер с ненавистью, направляя палочку.
– Это ты во всем виноват! Я сейчас довершу то, что не смог почему-то Темный Лорд!

Его глаза загорелись бешенством, поэтому малыш отшатнулся в испуге и разрыдался. Внизу хлопнула дверь, и раздался взволнованный голос Сириуса:

– Лили, Джеймс, у вас все в порядке?

– Ё* твою мать! Как не вовремя!
– выругался Петтигрю.

Он перекинулся в крысу и убежал. В ту же секунду в комнату ворвался Блэк. Гарри перестал плакать и улыбнулся крестному. Но тот не обратил на него никакого внимания.

– Мне сказали, что Сами-знаете-кто узнал ваш секрет. Я кинулся к Питеру, а его нет дома. Я ужасно разволновался...

Только после этой фразы Сириус оглядел комнату, рухнул на колени, закрыл руками лицо и завыл. Гарри хотел тоже присоединиться к нему, но потом решил потребовать от взрослого, чтобы он разбудил папу и маму:

– Не еви! Азбуди!

– Ох, малыш, - хрипло выдавил крестный, поднимая на него влажные от слез глаза.
– Они не проснутся, так как слишком крепко спят.

– Нисесно!
– Малыш топнул ножкой, и из его глаз побежали слезы.

Сириус обхватил его, сильно прижал к груди и заплакал.

– Прости, прости меня! Это я виноват! Снейп оказался прав: Питер предал их. Ну, ничего, я найду эту крысу и отомщу. Обещаю!

Он поцеловал мальчика в лоб, запачкавшись кровью, еще раз прижал к себе, затем отпустил, поднялся с коленей и пошел к Лили. Ничего не понимающий Гарри отправился следом.

– Прости меня, Лили! Это я уговорил твоего мужа сменить Хранителя, - умоляюще проговорил Сириус, опускаясь рядом.

Он несколько минут не двигался, и из его синих глаз текли слезы. Это было странно и непонятно, поэтому ребенок начал всхлипывать. Однако крестный не спешил его утешать. Вместо этого он пошел к Джеймсу, снова опустился на колени, приподнял друга за плечи и крепко прижал к груди.

– Прости, Джеймс, Сохатый, прости меня!.. Я его недооценил. Я не знал, что Хвост сможет пойти к этому монстру и выдать вас,- попросил он умершего друга и опять зарыдал-завыл.