Драко попытался поцеловать его еще раз, но Гарри покачал головой, сказав только:

– Вечером.

Когда Драко ушел через камин, Гарри впустил в кухню скребшегося под дверью Сириуса, положил ему в миску сырой бифштекс-полуфабрикат.

Настроение почему-то сильно улучшилось, и Гарри решил, что в жизни все не столь плохо, как казалось ему еще сегодня утром.

* * *

Утреннее нашествие Драко прогнало весь сон. Гарри связался камином с Зиком, писавшим сейчас отчет о вчерашних событиях и пребывавшим по этому поводу в дурном настроении.

– А, вот и наш герой, - проворчал он, завидев голову Гарри.
– Поттер, разве ты не мог сделать вид, что ничего не заметил? Чем тебе мешали тихие, скромные наркоторговцы?

– Они настойчиво приглашали меня в гости. А я не люблю навязчивых людей, - ответил Гарри, вспомнив допрос пойманного им маггла с пистолетом.

Под веритасерумом пленник признался, что у него было задание захватить странного посетителя и препроводить на склад. Что произошло бы дальше, об этом Гарри задумываться не хотел.

– Как думаешь, что лучше - вызвать вампиров в Министерство или самому заскочить к ним в гости?

Зик задумчиво повертел перо.

– Поводов вызывать у тебя нет… Они все - имеется в виду, все зарегистрированные, конечно, - сдавали кровь на анализ в прошлый раз, после Брэстеда. Дождись 15 числа, когда они пойдут на режимный забор, там их и выспросишь - всех сразу или каждого по отдельности.

– Интересненько… Что ж это у нас за мимозы такие, которых трогать нельзя?

Зик покачал головой, поняв, что напарник начал заводиться.

– Я, на минуточку, веду расследование…

– Гарри. Мерлина ради, не тревожь старое болото. Семьи отказываются от вампиров, это да, и вычеркивают их из родословного древа. Но вампиры остаются потомками древнейших семейств, и, кроме того, каждый держит в уме, что это проклятие может настичь и его. Это рок любого древнего рода. И если у тебя родится проклятое дитя, ты не захочешь, чтобы его преследовали, как преследуют оборотней и великанов. За эти десять дней ничего страшного не случится.

Гарри пожал плечами:

– А если за это время еще кого-нибудь успеют убить?

– Значит, еще одним Упсом на свете станет меньше.

Гарри подумал, оценивая жесткий ответ Зика. После войны да на такой работе не оставалось места сантиментам. Иногда Гарри хотелось возмутиться, но казаться мягкотелым интеллигентным «дерьмократом» из тех, что вскормили когда-то своим либеральным попустительством Упивающихся Смертью, не хотелось.

– А ты ведь сам тоже из старинного рода…

– И?

– И ничего не знаешь о вампирах?

– Ну, знаешь ли, у нас, в горах, нечисть не водится.

– Как же! А этот - как его - Дункан Маклауд?

– Какой еще Дункан Маклауд?

– А, все. Спутал. С маггловским фольклором.

Зик усмехнулся, щелкнул пальцами, повел плечами и запел:

«Живу одиноко

В горах я,

Смотрю, как орел,

С высоты…»

– Слушай, как думаешь, я могу включить в служебные расходы стоимость обедов? Ты не поверишь, сколько раз мне пришлось обедать со свидетелями, чтобы взять у них показания…

– Рассказывай это главе финансового комитета, - пропел Зик с ухмылкой.
– Нет, серьезно, напиши служебную на имя Паркинсон. Может, и пройдет.

– Она меня в школе ненавидела.

– Так вот почему нам премию никогда не дают!

– Работай, работай, - буркнул Гарри.
– Глядишь, нам что-нибудь под Новый Год и обломится.

– Это за что: за повышение раскрываемости преступлений у магглов? Ну да; у них раскрываемость, у нас отчеты! Поттер, Поттер, как мог ты сделать мне такую подлость!

– А мне приятно, - ответил Гарри.
– Приятно смотреть, как ты работаешь, когда я отдыхаю. Пришли мне список результатов анализов после обеда.

Смеющийся Мэдривер послал напарника по известному адресу, но список прислать пообещал.

Гарри вытащил голову из камина, произвел инспекцию холодильника, с огорчением обнаружил, что там ничего нет, и засел с пером за пергамент, составляя список расходов, предъявляемых к возмещению. Туда он включил обед с Малфоем и плату за выпивку в баре, справедливо посчитав, что если бы не проводимое им расследование, пить бы он и не стал.