Драко разинул было рот, но отвернулся и притворился, будто изучает морской пейзаж на стене. Спокойная сцена не могла успокоить его нервы. Мысленно он вернулся к поцелую и признал - насколько это было возможно - Поттера влекло к нему. Но почему? Это не имело смысла. Поттер всегда его ненавидел. Сама мысль была смешна.

– Я не хочу причинять ему боль,- признался Драко.

– Но ты в этом не заинтересован?- мягко намекнула девушка.

Обернувшись, Драко раздражённо уставился на неё:

– Откуда, чёрт побери, я должен знать? Я узнал про его безумие секунду назад! И это ни капли не влияет, заинтересован я или нет! Он - грёбаный Избранный! Я - бывший Пожиратель и проклятый урод! Этого. Не. Может. Быть.

Он отвернулся, чтобы избавиться от резкой критики и её поджатых губ.

– Я не советую тебе сообщать об этом Гарри. Он становится довольно упрям, когда кто-то говорит ему, что это невозможно. Ты только добьёшься, что он станет более решительным.

Мысль о решительно настроенном Гарри Поттере на мгновение сдавила горло Драко и вызвала образ Поттера во гневе. А мысль о том, что эту ярость повернуть в русло страсти... Крылья Драко обернулись вокруг него, словно ограждая от подобной возможности.

– Наверно, тебе стоит вернуться домой и как следует подумать. Сейчас, кажется, ты не в состоянии мыслить рационально, да и Гарри, очевидно, не в себе. Если завтра ты будешь чувствовать то же самое, я провожу тебя к нему.

Драко не хотел ждать, он хотел увидеть Поттера немедленно, но Грейнджер была права. Он должен продумать, как убедить этого идиота, что ничего предосудительного и абсурдного в его чувствах к Драко. Может быть, даже, его новая амуниция и способности имеют какое-то отношение к отношению Поттера. Возможно, анакимы больше вейлы, чем они думали? Он озвучил эту мысль Грейнджер. Она опять улыбнулась:

– Я думаю, дело больше в блондине, чем в крыльях,- уклончиво сказала она и рассмеялась над его расстроенным выражением лица,- иди домой. Завтра утром я буду в меноре и мы кое-что выясним.

Драко вздохнул, понимая, что от этой упрямой женщины больше ничего не добьётся. Коротко кивнув, он вернулся к себе.

* * *

Едва опало пламя после ухода Драко, Гермиона тут же вызвала по камину Гарри. У того камин был заблокирован, а значит, вероятнее всего, Гарри поставил аппарационную защиту. Что-то определённо не так. Девушка прикинула возможность отправиться туда и стучать в дверь, пока он не будет вынужден впустить её? Он только разозлится и ничего ей не скажет. Надо обдумать что-нибудь более действенное, что сможет помочь удовлетворить её любопытство.

Она камином переместилась в Министерство и после нескольких вопросов коллегам Гарри выяснила, что тот сразу из кабинета отправился к Уизли. Гермиону охватило неприятное предчувствие. И кого ей дальше спрашивать? Уж точно, не Рона. И Джинни прочно стала на сторону Рона после того, как Гарри попытался порвать с ней. Гермиона подозревала, что или один, или оба могли быть причиной того, что Гарри изменил к ним отношение.

Можно было бы поговорить с Артуром, но вызвать его под утро куда-то подальше от надзора Молли нереально. Молли недвусмысленно дала понять, что думает о Гермионином «предательстве» Рона. У них не было никаких контактов, даже поздравления на день рождения. Впрочем, для Гермионы это не было неожиданностью и она не стала расстраиваться. Молли всё ещё пыталась вернуть Гарри в «лоно семьи», скорее всего, ради Джинни, следовательно, приглашения на семейные обеды продолжались.

Следующим, согласно логике, был Джордж. Его неукротимо-хорошее настроение со смертью брата-близнеца слегка потускнело, но не исчезло совсем. Он, к её огромному облегчению, не изменил своего отношения к ней. К сожалению, на каминный вызов он не отвечал.

На секунду Гермионе показалось, что она в тупике, но потом она вспомнила про Билла. По словам Гарри, он регулярно посещал семейные обеды. Билл по-прежнему работал в Гринготтсе и Гермиона знала его домашний адрес - после беспокойного послевоенного времени она его вряд ли не забудет. Немного волнуясь, она сунула голову в камин и почти съёжилась, когда ответила Флер. Француженка до сих пор раздражала Гермиону, несмотря на то, что всегда была неизменно вежлива.

Гермиона изобразила целый спектакль о необходимости поговорить с Биллом относительно доступа в банк, стараясь говорить достаточно надоедливо. Глаза Флер остекленели. Она ушла, а вместо неё появился Билл.

– Я солгала,- быстрым шепотом сказала Гермиона,- мне нужно спросить о Гарри.

– Ты где?- спросил Билл.

– В Министерстве, у себя в отделе, личный камин.

Обернувшись, Билл через плечо сказал:

– Флер, мне на секундочку нужно в Министерство. И тут же обратно.

Гермиона отодвинулась от камина и из него вышел Бил.

– Расскажи мне, что случилось сегодня вечером,- мрачно попросила она.

* * *

Возвращаясь каином домой, Драко почти столкнулся с матерью. Воздержавшись от проклятья, он отряхнулся.

– Драко!- воскликнула она,- ты покидал дом?

Проклятье. Он попался. Мать уставилась на него:

– Ты был с Гарри Поттером?

Озадаченный тоном заданного вопроса, Драко в свою очередь уставился на неё. В конце концов, она наняла этого человека. Почему её расстроила мысль, что он ходил куда-то с Избранным?