– Ничего. Просто немного трудный день.

– Да, ты можешь спросить у Поттера, почему он хромает. И рука, если ей не заняться, очень скоро станет бесполезной.

Выдохнув, Гермиона схватила Гарри за руку. Аврор почувствовал благодарность Малфою за его комментарий. Это замечательно отвлекло внимание подруги от его мучительных раздумий. Он, конечно, рассказал бы ей о сцене с Джинни и Роном, но... не сейчас. Не сейчас и, особенно, не здесь.

– Что случилось?- воскликнула она.

– Глупость,- признался Гарри,- я настойчиво преследовал подозреваемого и поскользнулся на льду.

Малфоевский смех почти заставил его улыбнуться, но Гермиона сердито уставилась на блондина:

– Это не смешно, Драко! Он мог что-нибудь себе сломать! Почему ты не показался целителям? Это серьёзно! Смотри, как опухло,- нахмурившись, она подняла запястье Гарри. Тот сжал зубы, чтобы не вскрикнуть и впился в неё взглядом:

– Оуч, Гермиона! Проклятье, как хорошо, что ты не станешь меди-ведьмой!

– Не будт ребёнком. Драко, у тебя есть какой-нибудь исцеляющий бальзам?

– Конечно.

Домовик принёс гранёную банку, заполненную ярко-фиолетовым бальзамом. Гермиона открыла банку и принялась намазывать содержимое на руку Гарри, крутя её в разные стороны, чтобы везде достать.

– Ты хочешь выдернуть мне локоть?- сухо спросил Гарри.

– Цыц, ты.

Мазь подействовала почти немедленно и Гарри с благодарностью пошевелил рукой. Он решил, что стоил прикупить его побольше и брать с собой на наиболее опасные задания.

– Драко сказал, что ты хромаешь?

Гарри сердито глянул на блондина, который ответил ему удивлённым взглядом и снова уставился на огонь, всё ещё расчёсываясь. Брюнет несколько секунд изучал его профиль, пока Гермиона не толкнула его.

– О, извини. Там просто ушиб. И я не буду раздеваться, чтобы показать тебе. Оставь мне бальзам, попозже я сам намажу,- и в ответ на её упрямый взгляд добавил,- обещаю.

Она посмотрела на Драко, потом на Гарри и поднялась:

– Тогда я ухожу, Драко, и вернусь рано утром, чтобы мы с тобой занялись зельем.

Малфой нахмурился:

– Рано утром - в смысле, ближе к обеду?

Она показала ему язык:

– Осторожнее, я то я явлюсь на рассвете.

Блондин отмахнулся. Девушка прежде, чем выйти и закрыть дверь, посмотрела на Гарри.

– Ладно, Поттер, о чём ты хотел поговорить?

Гарри сжал край рукава, стараясь не смотреть на блондина. Это было пыткой - быть так близко к тому, чего он никогда не сможет иметь. Особенно сейчас, когда он ощущал себя эмоционально полностью опустошённым.

– Мммм... Я говорил с Кингсли, раньше...- Гарри замялся, подыскивая слова и соображая, сколько можно рассказать Малфою. Внезапно оказалось, что информации очень много - угрозы Нарциссы, собственная работа и глупое влечение, а теперь ещё Джинни, и Рон, и это открытие... Гарри поднялся на ноги и подошёл к балконным дверям. Казалось, в комнате нечем дышать от жара горящего пламени, в свете которого Малфой превратился в сверкающий драгоценный камень.

Открыв французское окно, Гарри ступил под лёгкий снегопад. Он прошёл к перилам и, опёршись, стал разглядывать поместье.

– Поттер, что это?- требовательно спросил Малфой, стоя в дверях.

– Думаю, что мне больше не стоит работать над твоим случаем,- признался Гарри, не глядя на него.

– Что?

Гарри попытался проигнорировать оскорбительный тон:

– Я, кажется, не очень хорошо работаю по этому делу, и недавно ещё кое-что случилось.., и я уверен, Кингсли найдёт на моё место кого-то более компетентного... Может, Ангсторма, он исландец и даже не слышал о Волдеморте, так что у него не будет предубеждений против тебя.

– Что, чёрт, ты несёшь, Поттер? Что случилось? Я не вижу никакого смысла.

Гарри рассердился на него даже сильнее, чем нужно.Так или иначе, Малфой терпеть его не может, так почему не хватается за шанс избавиться от него? Его потрясло, что Малфой, стоящий смехотворно близко, по-прежнему босиком и одет только в брюки. Гарри почти забыл, что Малфой не чувствует холода. Снежинки, опускаясь, таяли на бледной коже, будто свидетельство человеческой теплоты, несмотря на крылья и сопротивлении стихии.

– Что случилось?- требовательно повторил Малфой. Гарри вздохнул:

– Это. Это случилось,- наклонившись, Гарри накрыл губами рот Малфоя.

Глава 11.

Снаружи или внутри,

В пространстве или во времени

Чем глубже мы проникаем в неизвестность,

Тем чудеснее и обширнее оно становится.

Чарльз А. Линдберг.

Потрясённый Драко на секунду замер, а затем на него нахлынули видения. Поттер стоит у знакомой стены, хмуро ероша волосы, глядит расстроенно и отвлечённо. Сцена сменилась, Поттер в довольно сильном гневе. Драко так засмотрелся на этот накал страсти, что забыл об окружающей обстановке, пока не стало слишком поздно. Поттер держит белое перо, с улыбкой мечтая, как он проводит пальцами по спине. Взгляд его глаз невыносимо соблазнителен.