Вера завыла так, что женщины на лестничной площадке вздрогнули.

Мужик, оттаскивавший Веру, выпустил ее, и она опрометью бросилась из подъезда.

Вера не помнила, как добралась до дома.

Мать была в тот вечер дома. Поэтому Вера до полусмерти напугала ее, грохнувшись в обморок прямо в прихожей.

Потом Вера три недели болела с высокой температурой. Врач-педиатр из районной поликлиники никак не могла поставить диагноз. Потом написала все-таки ОРЗ.

Выздоравливая, Вера от скуки почитывала "Войну и мир". Дошла до места, где Наташа Ростова тоже заболела от любви, расплакалась. Потом включила телевизор. Показывали фильм "Кавказская пленница". Вера посмеялась, потом опять поплакала.

Через час позвонила Чистякова и сказала, что учитель с семьей уехал и физику теперь ведет завуч.

Вера удивилась, с каким равнодушием выслушала она эту новость. Вышла на балкон. Тепловоз с лязгом и грохотом тащил за собой состав. Вера вздохнула, вернулась в комнату, легла в постель, натянула повыше одеяло и заснула…

Вера сидела за кухонным столом и грызла семечки. Напротив нее Рита потрошила утку.

— Интересный он у тебя какой-то. Вчера видит, что я огурцы солю, спрашивает: "Куда столько?" Я говорю: "Отцу на закуску". А он: "Вам нравится, что он пьет?" Я говорю: "Нет, не нравится". — "Ну а зачем же вы ему закуску готовите?" Как будто, если огурцов не будет, пить перестанет.

Отрубленная острым ножом бледная утиная голова покатилась по столу Вера брезгливо ее от себя отодвинула.

— Не тошнит тебя? — спросила Рита.

— Нет.

— А я так до самых родов ведра с водой таскала.

Хлопнула входная дверь, и в квартиру ввалился Николай Семенович.

— Привет! — весело сказал он. — Друг сердечный где?

— Читает в комнате…

— Читает! Я в его годы работал, жилы рвал, чтоб семью прокормить.

— Ему родители деньги шлют. Зачем жилы рвать? — спросила Вера.

— Устроился! Все на подносе! — фыркнула Рита. — Вот бы нам так, правда, Коля?

— И любовь у вас… это… — Отец задумался, наконец вспомнил слово: — Плутоническая!

— Какая? — переспросила Вера.

— Ну как у вас, — смутился Николай Семенович.

— Сказано тебе — плутоническая! Другая давно бы красная сидела, а ты все вопросы задаешь, — возмутилась мать.

— Чего мне краснеть, если я не знаю, как это?

— Так уж и не знаешь, — насмешливо сказала Рита. — Зачем тогда он к нам переехал? Другие год гуляют, разговаривают или вон, как в кино, стихи друг другу читают. А ты… Здрасте, познакомьтесь… Теперь сюрпризы одни.

Вера пошла в свою комнату, забрала у Сергея "Домоводство", плюхнулась к нему на колени и спросила:

— Сережа, что такое плутоническая любовь? А?

— Платоническая… Это когда любят друг друга, но вместе не снят и не целуются…

Вера впилась губами в рот Сергея, он вяло ответил на поцелуи.

— Ну зато прямо как у нас с тобой, — сказала Вера.

— Совсем стыд потеряла! — Рита со злостью захлопнула дверь в комнату Веры.

С потолка от этого удара посыпалась штукатурка.

— Спасибо, мама, — вздохнула Вера, взяла "Домоводство", полистала.

"Как содержать дом в чистоте… — прочла она. — Жилищные условия имеют громадное значение для сохранения здоровья человека…"

— Вер, почему у тебя родители такие тупые?

Вера пожала плечами:

— Других нету… Какие есть…

Сергей вздохнул. Провел рукой по своим заросшим щекам. В комнате было душно.

— Скучно-то как. Не замечаешь? — спросил он.

— Нет.

— Вера, а где моя бритва?

— Что?! Чего ты спросил?

— Бритва моя где?

Вера захохотала.

— Ой, ой, я не могу, — корчилась она.

— Ты чего ржешь? — улыбнулся Сергей.

— Бритва на балконе, — выдавила из себя Вера.

Кто-то настойчиво и нетерпеливо звонил в дверь.

— Оглохли, что ли?! — крикнула из кухни Рита.

Вера пошла открывать. На пороге стояла почтальонша с большой посылкой.

— Здравствуй, Вера, — сказала она. — Мама с папой как? На здоровье не жалуются?

— Нет, — ответила Вера.

— А у меня в последнее время правое плечо ломит. Спать не могу… Ты, говорят, замуж выходишь…

— Собираюсь.

— За монгола?

— Нет… а что?

— Да тут тебе из Монголии посылка пришла. На, распишись здесь, — она протянула Вере квитанцию. — Я думала, ты за монгола…

Вручив ошарашенной Вере посылку размером с подушку почтальонша ушла. Вера понесла посылку в комнату с криком:

— Мама! Пап! Сережа! Я посылку получила!