Красавина, мать и основательница лепрозория имени себя, любимой, медленно подошла ко мне, виляя бедрами, как на подиуме, остановилась в шаге и провела длинным ногтем по влажной куртке.

— Скажи, мы тут спорим, ты кто — буч, дайка или клава?

В чем подвох, я не поняла, но внутренний голос подсказывал, что Красавина говорит какую-то явную гадость.

— Скажи, а тебе зубы не жмут? А то ведь поправить можно. — Я принялась разминать кисть, препротивно щелкая суставами пальцев. Ненавижу, когда кто-то так делает, и сама так почти никогда не делаю. Только если хочу кому-то разукрасить кулаками физиономию. До украшений дело обычно не доходит, народ сам отваливает, ведомый инстинктом самосохранения.

— Значит, буч, — усмехнулась она, развернулась на каблуках и пошла прочь, опять вульгарно виляя задницей.

Пока поднималась по лестнице в кабинет информатики, мысль, что надо узнать у Точки, что такое буч и клава, затерялась в извилинах моего невыспавшегося мозга. Да и какая разница, что там опять выдумала Красавина? Припугну ее, она и отвалится со своими претензиями. Вон к Варьке лезла, всех своих прихлебал на нее натравила — ничего, отбили мы Варьку, отстояли. А ко мне-то она лезть не посмеет, у нас с ней весовые категории разные, я ее размажу, как масло по бутерброду, даже лохмы трогать не буду. Потом я некстати вспомнила, как Верка Назарова, еще одна из свиты нашей королевишны, развела в раздевалке Настасью, подсунув ей какой-то дурацкий костюм к соревнованиям, из-за которого ту выгнали из группы… Надо будет прихлебалам объяснить, кто в семье главный, совсем нюх потеряли.

— Ярик, я достала фотоаппарат. Он полупрофессиональный, насилу у мамы выпросила. Нам можно идти и выслеживать твою Ритку, — с ходу выдала Настасья чуть ли не от дверей кабинета.

От неожиданности Варя, сидящая рядом со мной и увлеченно рисующая очередной талисман со странными значками, вздрогнула и отшатнулась.

— Козарева! Я заикой с тобой останусь! — воскликнула недовольно.

— Ну, извини, — сморщилась Настька, подлетая к нам.

Точка хихикнула.

— Мы не знаем, где она живет, — напомнила я.

— Ты же говорила, что она на шейпинг ходит туда же, где ты своим мечемаханием занимаешься, — удивленно захлопала ресничками Настя.

— Ну и? — вытянулась я на стуле и принялась осторожно качаться на ножках.

— Ну и надо узнать ее фамилию, Женька узнает ее адрес, и мы пойдем ее выслеживать.

На этот раз Женька громко фыркнула и покачала головой.

Как же у Насти все просто. Осталось узнать фамилию и адрес…

— А ты позвони своим пацанам, спроси. Ведь должны знать.

— Мои пацаны не знают, я уже спрашивала.

Варька скривилась и покачала головой. Весь ее вид говорил — что бы вы без меня делали. Достала карты, лениво перетасовала колоду, дала мне снять и бросила три штуки на стол.

— Что было. Четверка пентаклей символизирует окончание какого-то процесса. Тебе надо двигаться дальше, но ты топчешься на месте исключительно из лени. — Варя на пару секунд замолчала, а потом ткнула пальцем в центральную карту. — Что есть. Восьмерка пентаклей говорит, что у тебя есть цель и ты к ней стремишься. Ты не опускаешь руки и не погружаешься в депрессию. Будет какое-то неприятное событие. Но ты четко анализируешь ситуацию и держишь ее под контролем. Ну и, наконец, что будет. Тройка мечей — знак того, что тебе надо сделать выбор и найти правильный путь для реализации накопленной силы. Тройка мечей символизирует страсть, в том числе страсть в достижении цели, что в будущем принесет хорошие дивиденды.

— Короче, все в твоих руках, Ярик, — подвела черту Настя. — А фотоаппарат я тебе дам. И, слушай, давай сходим и запишемся в ту секцию, где она занимается?

— И кто будет заниматься? — усмехнулась я.

— Ну, лето скоро, а у меня вон талии нету, — кокетливо закатила глаза Козарева и покрутила перед моим носом пузом. Я автоматом глянула на календарь на стене, где большими красивыми буквами было написано «Ноябрь». Действительно, лето скоро, а у Настьки вон талии нету… Кстати, хорошая идея. Она ж с Ритой этой и подружится на фоне отсутствия талии.

— Договорились. Возьму тебя с собой на тренировку.

— А я бы не занималась ерундой, а просто походила бы на занятия и подождала бы ее в раздевалке. А потом бы спросила у тренера, как зовут девушку, должны же быть у них списки, — вздохнула Варя. И мне кажется, что она права. Так действительно лучше всего.

— Ох, вот вы туповаты, девушки, — с осуждением посмотрела на нас Точка. — Дождешься от вас проблеска разума, как же. Берешь коробки конфет по числу тренеров по шейпингу и идешь к ним с расспросами. Быстро и качественно. А самое главное, они обычно домашний адрес записывают.

— Точно! — подпрыгнула Настя.

— Гениально! — посветлела Варя.

— Супер! — радостно завопила я.

Занятия проходили как обычно, и школьный день ничем не выделялся из остальных. Мы с девчонками болтали на переменах, слушали с Варькой музыку на географии, играли в морской бой на физике. Варька в очередной раз посвятила меня в жизнь своих кумиров и рассказала, что недавно в драке барабанщику пробили голову бутылками, он чуть не умер, и она не спала всю ночь, сидела в Интернете и искала про это информацию, рыдая в три ручья, потому что барабанщик у них хороший и мухи не обидит. Ну-ну… А потом Варя призналась, что пару дней истерила, пока не выяснилось, что все с его головой нормально, зашили хорошо, даже шрамов не останется. Я не понимаю, как можно любить эту группу? Не, я уважаю их за трудолюбие и все дела, но как можно вообще любить какую-то группу? Вот понимаю, можно любить спорт или животных, маму с папой, но как можно тащиться от этих волосатых существ, похожих на пришельцев с какой-нибудь Альфы-Центавры? Далека я от искусства.