– Ступай, – обратился он к Амелии. – Я вернусь через минуту.

Чтобы прийти в себя, ему просто необходимо несколько минут одиночества. Хотя этого может оказаться недостаточно. Лучше посидеть в тишине несколько часов.

Амелия опустилась на скамью рядом с мужем.

– Тебе действительно очень плохо, верно?

– Нет. – Он ответил слишком быстро, чтобы Амелия ему поверила.

Черт, черт, черт.

– Ты дрожишь. И так бледен.

– Со мной все в порядке.

– Спенсер…

Тон Амелии изменился. Теперь в ее голосе звучало не раздражение, а озабоченность. Спенсеру нравилась злящаяся Амелия. В последние несколько недель ему очень ее недоставало.

– Ты выглядишь как и в ту злополучную ночь, – произнесла Амелия, – на террасе у Бэнскомов. Что это значит? Что случилось?

Чудесно. Ну кто заставлял его жениться на умной пытливой женщине? А теперь выбор невелик. Он мог позволить Амелии вытягивать из него информацию по крупицам, а мог сам все рассказать, но так, как считал нужным.

– Ничего ужасного, – ответил Спенсер, закрывая лицо ладонями. – Просто… так случается иногда, когда вокруг меня слишком много людей. Я не люблю толпу.

Амелия положила руку на его плечо.

– Ты не любишь толпу.

– Просто не выношу. И так было всегда. Мне становится плохо. Очень плохо физически. – Ну вот, он произнес это. Еще никогда в жизни он не произносил этих слов вслух. Спенсер не был даже уверен, что может признаться в слабости самому себе. Странно, но признание принесло чувство облегчения. Сердце колотилось уже не так сильно, и Спенсер поднял голову.

Он никогда не мог понять собственной реакции в таких ситуациях. Он сильный, умный человек, и эта единственная слабость всю жизнь доводила его до сумасшествия. Может, Амелия сумеет помочь ему понять, что происходит.

– Если я готовлюсь заранее, – произнес Спенсер, – некоторое время мне удается справляться. Примерно полчаса. Если же я остаюсь среди людей дольше или оказываюсь окруженным неожиданно… что-то со мной происходит. Я не знаю, как это описать. Меня бросает в жар. Голова кружится. Сердце колотится как сумасшедшее. Воздух вдруг становится таким густым, что вздохнуть невозможно. Все выглядит так, словно мое тело приказывает мне немедленно уйти, спасаться.

– И ты уходишь.

– Да.

– Даже если для этого приходится забрать с собой дерзкую старую деву, возникшую на пути.

Еле заметно улыбнувшись, Спенсер вскинул бровь.

– Ты сама попросила. – Откашлявшись, он продолжал: – Подготовившись заранее, я могу посещать мероприятия, на которых присутствует большое количество людей. Но всегда ухожу до начала приступа.

– Да, – кивнула Амелия. – Кажется, ты мне уже говорил это. Нужно уметь вовремя уйти. Значит, поэтому ты танцуешь только один танец? И все эти разговоры о Полночном герцоге…

– Не я их начал. Я просто постарался сделать так, чтобы сократить свое пребывание на людях до минимума. Поэтому и выбирал танец после ужина. Все остальное – чистой воды выдумки и…

Амелия тихо засмеялась и покачала головой.

– Все эти сплетни и предположения. Они ничего не значат.

– Ну почему не значат? – Спенсер почесал шею, и Амелия убрала руку с его плеча. – Я не имею ничего против сплетен. Мне все равно, что обо мне думают люди. Забавно, а иногда и очень полезно внушать окружающим страх.

По крайней мере так было до того, как возникли все эти разговоры об убийстве, и он потерял доверие собственной жены, так и не успев его завоевать.

– Спенсер? – Амелия взяла руку мужа в свою. – Раз уж мы решили раскрыть друг другу свои тайны, я тоже должна кое в чем тебе признаться. Скорее всего я породила еще одну сплетню о тебе. И она, возможно, даже хуже, чем все предыдущие.

– В самом деле? – В глазах Спенсера вспыхнул интерес.

– Да. – Закусив губу, Амелия страдальчески посмотрела на мужа. – Я рассказала группе весьма впечатлительных леди, будто в полнолуние ты превращаешься в злобного дикобраза.

Из груди Спенсера вырвался гортанный смех. Почувствовав себя гораздо лучше, он сжал руку жены в безмолвной благодарности.

– Значит… – произнесла Амелия, – этот недуг мучает тебя всю жизнь?

Спенсер кивнул:

– Сколько себя помню.

– Это случается не только в танцевальных залах?

– Нет, – ответил Спенсер, жалея, что это не так. – Везде, где много людей и при этом мало места. На скачках. В театре. – Он многозначительно посмотрел на жену. – На свадьбах. Музыкальных вечерах.