В таком же положении висели Оливье и архивариус.

Дядя тряс мокрым рукавом камзола и бубнил под нос разнообразные ругательства. Мровкуб еще не пришел в себя и походил на вырезку в мясной лавке, а не на человека.

– Пожалуй, начнем!

Опознав источник голоса, я повернулся к перевернутому дереву. Среди корней сидела фея с бородой. Я вздрогнул от неожиданности. Мне никогда не приходило в голову, что бывают феи мужчины. Бесспорно, он выглядел очень по-фейски. Чистые, аккуратно уложенные волосы. Большие миндалевидные глаза и правильные, красивые черты лица. Даже борода, аккуратно закрученная в косичку, смотрелась опрятной, но слишком уж ухоженной.

– Иномирцы! Сосредоточьте на мне свое внимание. Я душеприказчик! Я вынес решение относительно ваших душ! Они должны покинуть Фейри Хаус.

Он хлопнул в ладоши.

– Миры на грани войны. Зло возвращается. Еще не все потеряно, но мы не можем оставлять в тылу предателей! Ваши тела навечно останутся удобрять одуванчики!

– Протестую! – завопил Евлампий, прежде чем я успел понять смысл сказанного феем. – Мы имеем право знать, за что наказаны!

– У вас нет прав. – равнодушно ответил душеприказчик.

– Скажите хотя бы как? – попросил Оливье.

Я завертелся, пытаясь высвободить ногу. Бесполезно.

Рядом застонал архивариус.

– С удовольствием! – повеселившим тоном сообщил душеприказчик. – Каждый получит свое собственное, персональное душегубство. Тебя! – он указал холеной рукой на дядю. – Будут кормить до заворота кишок! Тебя! – палец вытянулся в мою сторону. – Наоборот, морить голодом, пока ошейник не задушит!

Архивариус открыл глаза и с непониманием смотрел на происходящее.

– Тебя ждет нечто особенное. Ты вернешься туда, откуда прибыл!

– Почему такая несправедливость? – возмутился я.

– Объективность не равна, ни правосудию, ни беспристрастности! – душеприказчик наклонил голову и улыбнулся.

Крылья за его спиной затрепетали.

– Честность для каждого! Он, обманом заманил на свой корабль семь фей и обрек их на мучительную гибель в чужом мире.

Оливье не удостоил его ответом.

– Непредвзятость! Он, пытается вернуть прошлое, которое противно свету источника!

– Прошу прощения, но я совершенно не понимаю о чем вы говорите. Предполагаю, что это ошибка…– начал архивариус.

– А я? Что я?

– Ты оборотень! К тебе правосудие не относится!

– Немедленно прекратите эту отвратительную дискриминацию! – закричал голем.

Приятно, когда за тебя заступаются. Особенно, если рот свело от праведного негодования. Остальные достойны кары, а я виноват исключительно в том, что оборотень. Я снова задергал ногами, правда с прежним успехом.

– Последнее желание? – выкрикнул Оливье.

– Ваши желания останутся при вас! – сказал душеприказчик.

Поднявшись над корнями, он расправил крылья. Непрозрачные, серые с красными прожилками. Сделав несколько широких взмахов, он подлетел к нам.

– Здесь умирают желания! – добавил фей.

Его крылья почернели. Раздался тонкий свист. К нам полетели хлопья сажи. Запахло подгоревшим мясом.

Я почувствовал, как сжимается желудок. Еще немного и меня стошнит. Трудно представить, что произойдет. Меня еще не рвало кверху ногами. Я напряг мышцы и сжался, готовясь к худшему, но ощущения поменялись. В животе забурчало. У меня так бывает, когда долго не ем. Поджелудочная начала тянуть и подсасывать. Закружилась голова.

Душеприказчик привел в исполнение угрозы, выкачав из меня всю энергию. Я ощутил дикий голод и трансформации не заставили себя ждать. Плечи и руки распирало столь стремительно, что я зашипел от боли. Обычно, процесс занимает несколько часов, но при такой скорости, я окончательно превращусь за пару минут.

Читая заклятья, фей преобразился. Крылья удлинились и обзавелись продолжением в виде пепельной дымки. Рваными клоками серой мглы, разросшейся на половину одуванчикового поля. Заслонив собой перевернутое дерево и часть неба. Крылья агонистически вздрагивали и выбрасывали россыпи сажи.

Добившись своего, заставив меня трансформироваться, черный фей перешел к следующей жертве. От висения вниз головой, бледное лицо архивариуса покраснело. Он хватал ртом воздух, жадно сглатывая. Из горла слышались странные хрипы, похожие на скрежет когтей. Несмотря на боль из-за слишком быстро меняющегося тела, меня передернуло. Этот звук, я слышал в междумирье от приближающейся твари, напугавшей Оливье.

Дядя пристально рассматривал Мровкуба и пришел к тому же выводу.

– Только не это! – закричал он.