– Да...
– Задумчиво пожевал трубку Сталин.
– А ведь мы ради этого и работали. Выходит, у вас там теперь коммунизм?

– Какой нафиг коммунизм?!
– фыркнул я.
– Капитализм уже! Коммунизм-то ваш, оказался ни шиша не эффективной системой.

– Неужто?!
– Поразился Сталин.

– Вот те и "неужто". Под конец совка вообще остался один тоталитаризм и голые прилавки. Слава богу скинули ярмо. Уж больше двадцати лет как свободно живем!

– Как же мы могли так ошибаться?
– Потрясенно произнес глядя застывшими глазами куда-то в себя Сталин.- Неужто мы проглядели какие-то законы исторической неизбежности?..

– Думать надо было.
– Я увидел, что старикан уже на грани инфаркта, и решил не допинывать усатого.
– Ну ладно, ладно... Не парьтесь вы так, товарищ Сталин. Откуда ж вы могли знать? Я ж понимаю, вас тоже этот лысый хрен Ленин своими идейками заморочил. Он кстати, если вы не знали, был немецкий шпион.

Чубук трубки хрустнул у Сталина в зубах. Я понял, что опять сболтнул лишку. Все-таки зомбированным совком людям правду надо выдавать опционально и очень осторожно.

– Да ну ладно, не стремайтесь вы так, товарищ Сталин. Чего уж теперь очковать-то? Все равно ведь, в оконцовке к все как надо получилось. Нам тут с вами, главное немцев разбить, а потом история сама к айфонам вырулит.

Все-таки Сталин был волевой человек, перемог он себя как-то.

– Вы, товарищ Кирилл, продолжайте, - он мне говорит, - чего у вас там еще хорошего?

– Ну, чего...
– я подумал, что пора отойти от скользких тем, и надо вспомнить то, что реально порадует старика. Чего вообще может порадовать любого нормального человека?..
– Свобода у нас там. За всякую херню как у вас не сажают. Законодательство мягче стало. Вот у вас чего тут делают, если какой-нибудь партиец на рабочем месте проворовался? Небось сразу на лесоповал?

– А как же иначе?!
– Возбухтел Сталин.

– Во-от. А мы уже от таких волчьих законов избавились. Если какой чиновник проворуется, то президент его мягко журит, что проект не удался, и направляет на другой проект, где денег еще больше.

– И что, - после этого чиновник уже не ворует?
– Заинтересовался старик.

– Ну-у... Да и разве в это дело? Ворует-неворует. Главное, человека не посадили, не расстреляли. Человек - он, это... как там его... главная ценность общества. Ох, и темный вы товарищ Сталин. Ну ладно, чего там у нас еще хорошего... О, образование! Вот у вас товарищ Сталин, в школах есть уроки по половому воспитанию?

– Нет...

– А у нас есть. Там все чин-чинариком пацанам и девчонкам объясняют. Как презик раскатать, когда можно по точняку без залета перепихнуться. Культура отношений! А у вас таких уроков нет. Я вообще не понимаю, как вы тут без таких уроков, все еще от сифилиса не перемерли... А еще у нас товарищ Сталин, знаете чего?
– ПлейСтэйшн три!

– А это что такое?

– Это... это, товарищ Сталин... Там, знаете, такой джойстик, и короче как врубишь Год оф Вор! Такой адский замес!!!..

Я посмотрел на Сталина, и увидел, что он озадаченно таращиться, и совсем не понимает моего восторга.

– Да ну как вам объяснить... Там короче такой мужик, а у него мечи цепями к костям... Эх, да что вам объяснять, это самому надо... Знаете, товарищ Сталин, простите, но это вам объяснять как папуасу про лампочку. Хрена тут чего объяснишь. Так, что не обижайтесь, давайте о чем-нибудь другом поговорим.

– Это верно, - с каким-то даже облегчением сказал Сталин.
– Давайте поближе к нашим реалиям. У нас тут обстановка, знаете какая сложная? Немцы всеми силами рвутся к Москве... А вот как их останавливать...
– Сталин огляделся по сторонам, будто боясь, что его могут подслушивать, и приблизил свое лицо ко мне - ...я если честно говоря, и не знаю.

– Вы мне одно скажите, товарищ Сталин, - перебил я мнущегося старика.
– Как вообще получилось, что вы прозевали нападения Гитлера? Этож надо было быть настолько непрочуханным тупаком, чтобы все его приготовления прозевать?!

Сталин густо покраснел.

– Что тут можно сказать, товарищ Кирилл... Проклятые особенности моей личности. Я, знаете, с одой стороны маниакально подозрителен. Вы даже не представляете сколько простых колхозников посадили по моим приказам, даром что я этих колхозников никогда в глаза не видел, - я им просто на всякий случай не доверял. А с Гитлером... Прямо как наваждение какое-то. Приехал он ко мне, в глаза посмотрел, и сказал, мол, "Иосиф, я на тебя до сорок третьего года нападать не буду. Ты другим не верь, а мне верь, я не обману". Ну и все, - как глаза у меня застило. Мне ведь потом и Рихард Зорге из Японии точную дату нападения неоднократно присылал, и медиум ВольФ Мессинг эту же дату напророчил, и перебежчик немецкий за несколько дней до войны предупреждал... А я ему, Гитлеру, верил и все тут. Зорге, Мессинга, и перебежчика приказал расстрелять, и поехал на дачу чай пить. Прямо наваждение какое-то... Может быть действительно, есть в этом стервеце Гитлере некая магнетическая сила?

– ЭнЭлПэ что-ли?..
– Задумчиво пробормотал я.

– Чего?

– Да нет, это я так... Ну ладно, с внезапным нападением. Вы мне товарищ Сталин другое скажите. Как такая маленькая Германия, зашла так далеко на территорию огромного СССР? Не потому-ли, что люди не хотят воевать за вашу власть? Допекли вы их ГУЛАГОМ, и черными воронками, товарищ Сталин. Я сам был на передовой, и видел, что многие солдаты просто бегут, или сдаются в плен.

Сталин достал запасную трубку, и начал набивать её табаком, стараясь придать себе беспечный вид, но я то видел как его руки трясутся. Наконец он сказал.