Шрифт:
– Еще полно времени, – согласилась Банти.
– Фред и Шнобби уже пошли с лошадьми в долину?
– Да, Сибилла, ты сама их проводила, – ответила Банти.
Она посмотрела через голову Сибиллы на своего долговязого мужа, который стоял на пороге. Тот безнадежно пожал плечами.
– Позавчера он взбежал по лестнице, когда часы уже били шесть, – сказала Сибилла, спокойно намыливая Юного Сэма губкой в форме медвежонка. – То есть в последнюю секунду. Подождем.
…Он хотел спать. Усталость навалилась чудовищная. Ваймс рухнул на колени и опустился на песок.
Когда он заставил себя открыть глаза, то увидел наверху тусклые звезды и вновь ощутил рядом чье-то присутствие.
Он повернул голову, охнув от боли, и заметил на песке маленькое, ярко освещенное складное кресло. В нем сидела с книжкой темная фигура в плаще. Рядом стояла воткнутая в песок коса.
Костлявая рука перевернула страницу.
– Ты Смерть? – спросил Ваймс.
– А, МИСТЕР ВАЙМС. ПРОНИЦАТЕЛЬНЫ, КАК ВСЕГДА. В САМУЮ ТОЧКУ, – ответил Смерть, закладывая книжку пальцем.
– Я тебя уже видел.
– Я МНОГО РАЗ БЫВАЛ НА ВОЛОСОК ОТ ВАС, МИСТЕР ВАЙМС.
– Это конец, да?
– ВАМ НИКОГДА НЕ ПРИХОДИЛО В ГОЛОВУ, ЧТО В КНИГЕ КАК ТАКОВОЙ ВСЕГДА ЕСТЬ НЕЧТО СТРАННОЕ?
Ваймс почувствовал, что собеседник уклоняется от неприятной темы.
– Ну? – настойчиво спросил он. – Все? Сейчас я умру?
– ВОЗМОЖНО.
– Возможно? Что это значит? – поинтересовался Ваймс.
– МЕЖДУ ПРОЧИМ, Я ДАЛ ОЧЕНЬ ТОЧНЫЙ ОТВЕТ. ИЗВОЛИТЕ ВИДЕТЬ, ВЫ НАХОДИТЕСЬ НА ПОРОГЕ СМЕРТИ, И ЭТО ОЗНАЧАЕТ, ЧТО Я, В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ, НАХОЖУСЬ НА ПОРОГЕ ВАЙМСА. НЕ ОБРАЩАЙТЕ НА МЕНЯ ВНИМАНИЯ, ДЕЛАЙТЕ СВОЕ ДЕЛО. Я ПОКА ПОЧИТАЮ.
Ваймс перекатился на живот, стиснул зубы и снова поднялся на четвереньки. Он прополз несколько футов, прежде чем вновь плюхнуться наземь.
Он услышал, как кресло скрипнуло по песку.
– Вас больше нигде не ждут? – намекнул он.
– Я ВСЮДУ, – ответил Смерть.
– Вы здесь!
– В ТОМ ЧИСЛЕ. – Смерть перевернул страницу и вздохнул – на удивление правдоподобно для существа, лишенного легких. – ОКАЗЫВАЕТСЯ, ЭТО СДЕЛАЛ ДВОРЕЦКИЙ.
– Что сделал?
– ЭТО ВЫМЫСЕЛ. СТРАННАЯ ШТУКА. ДОСТАТОЧНО ВСЕГО ЛИШЬ ОТКРЫТЬ ПОСЛЕДНЮЮ СТРАНИЦУ, ЧТОБЫ УЗНАТЬ ОТВЕТ. ЗАЧЕМ В ТАКОМ СЛУЧАЕ СОЗНАТЕЛЬНО ОСТАВАТЬСЯ В НЕВЕДЕНИИ?
Ваймсу эти рассуждения показались исключительной чушью, поэтому он не стал слушать. Боль слегка утихла, хотя голова раскалывалась по-прежнему. Во всем теле была пустота, и он страшно хотел спать.
– Часы не спешат?
– Боюсь, что нет, Сибилла.
– Я выйду и подожду во дворе. Книжка уже на столике, – сказала леди Сибилла. – Ему ничто не помешает прийти вовремя.
– Разумеется, – ответила Банти.
– Хотя в это время года в долине может быть опа… – начал ее муж и замолчал, перехватив взгляд супруги.
Было без шести минут шесть.
– Хр-р-р… гл-л-л… бр-р-р…
Звук был сдавленный и булькающий, он исходил откуда-то из кармана бриджей. Сообразив наконец, что и руки и штаны у него на месте, Ваймс полез в карман и с трудом вытащил Грушу. Коробочка была помята, а когда Ваймс открыл крышку, оказалось, что бесенок изрядно побледнел.
– Бр-р-р… грл…
Ваймс уставился на него. Раз бесенок умел говорить, это бульканье что-то значило.
– Хрл… гр-р-р…
Он медленно наклонил коробочку, и из нее полилась вода.
– Ты не слушаешь! Я ору, ору, ты не слушаешь! – пожаловался бесенок. – Без пяти шесть, пора читать книжку Юному Сэму!
Ваймс уронил коробочку на грудь и уставился на тусклые звезды.
– Читать Юному Сэму… – повторил он и закрыл глаза.
И тут же открыл.
– Читать Юному Сэму.
Звезды двигались. Это не было небо. Какое, к черту, небо. Это все та же проклятая пещера.
Ваймс одним движением поднялся на ноги. Звезд стало больше, и они ползли по стенам. Вурмы двигались к цели. По потолку уже текла сияющая река.
В голове у Ваймса тоже слегка прояснилось, пусть даже огонек сознания и угрожал потухнуть. Он посмотрел во мрак, который перестал быть непроницаемым. Этот полунепроницаемый мрак был все равно что дневной свет по сравнению с непроглядной мглой, которая окружала его раньше.
– Читать Юному Сэму, – шепотом произнес Ваймс, обращаясь к гигантским сталактитам и сталагмитам, мокрым от влаги. – Читать Юному Сэму…
Спотыкаясь и скользя в лужах, торопливо пересекая полоски белого песка, он пошел вперед.