Ваймс замер как вкопанный и посмотрел на шубу, окутывавшую его плечи. Она была сшита из какого-то серебристого, очень теплого меха – и все-таки грела гораздо меньше, чем поднимавшаяся в душе волна гнева. Он чуть не унес шубу. Чуть не унес!

Он сбросил ее и свернул в ком. Ради нее умерли несколько десятков маленьких редких пискунов, но он уж позаботится, чтобы их смерть оказалась не совсем уж напрасной.

Ваймс подбросил шубу высоко в воздух, гаркнул: «Сержант!» и бросился на пол. Послышался щелчок тетивы и нечто похожее на гудение роя разъяренных пчел. Осколки стрел, со звуком «плим-плим-плим», превратили железную крышу над головой в дуршлаг. Запахло паленой шерстью.

Ваймс поднялся на ноги. Вокруг шел снег из серебристых волосков.

Он встретился взглядом с Хризопразом.

– Попытка подкупить офицера Стражи – тяжкое преступление, – сказал он.

Тролль подмигнул.

– Я так им и сказал, что Ваймс честный парень. Приятно было поболтать, мистер Ваймс.

Когда они вышли, Ваймс втащил Детрита в проулок, насколько возможно втащить куда-либо тролля.

– Так. Что ты знаешь про «Сход»?

Красные глаза тролля сверкнули.

– Я, ета, слышал, что говорят.

– Ступай на улицу Паточной шахты и собери отряд побольше. Потом пойдешь в Сноваповоротный переулок. Там, если не ошибаюсь, есть магазин свадебных тортов. У тебя чутье на наркотики. Поищи хорошенько, сержант.

– Ага, – сказал Детрит. – Вам что-то такое намекнули, сэр?

– Скажем так, это было доказательство благих намерений.

– Чего-чего доказательство?

– Э… один наш знакомый хочет доказать, что он честный гражданин. Короче, займись делом, ясно?

Детрит закинул арбалет за плечо, чтобы проще было нести, и поспешно заковылял прочь. Ваймс привалился к стене. Предстоял долгий день.

А теперь…

На стене, чуть выше головы Ваймса, какой-то тролль грубо начертил ограненный бриллиант. Тролльи граффити трудно было не заметить – их рисовали ногтем, и они примерно на дюйм уходили в глубину кладки.

Рядом с рисунком была подпись: «БЛЕСК».

– Кхе-кхе, – негромко донеслось из кармана.

Ваймс вздохнул и вытащил Грушу, продолжая разглядывать надпись.

– Что?

– Ты сказал, чтобы тебе не мешали… – осторожно произнес бесенок.

– Ну? Чего ты хотел?

– Без одиннадцати минут шесть, Введи-Свое-Имя, – кротко сказал Груша.

– Ох, боги! Почему ты раньше не предупредил?

– Потому что ты сказал, чтобы тебе не мешали! – дрожащим голосом ответил бесенок.

– Да, но не… – Ваймс замолчал.

Одиннадцать минут. Он не доберется даже бегом. Только не в это время суток.

– Шесть часов… это же очень важно!

– Ты же меня не предупредил! – бесенок схватился за голову. – Ты всего лишь сказал, чтобы тебе не мешали! Прости, мне очень, очень жаль…

Позабыв про граффити, Ваймс с отчаянием оглядел соседние дома. Здесь, где район боен граничил с доками, клик-башен обычно не строили, но все-таки он заметил большую семафорную вышку над домом главного смотрителя.

– Беги туда! – велел он, открывая коробочку. – Скажи, что ты от меня и что дело крайне срочное, понял? Пусть передадут в Псевдополис-Ярд, что я двинулся отсюда. Я перейду реку по мосту Незаконнорожденных и побегу вдоль Праутс! Дежурные в Ярде поймут, что это значит. Пошел!

Бесенок за одно мгновение перешел от отчаяния к энтузиазму.

– Есть, сэр. Встроенная функция передачи сообщений не подведет тебя, Введи-Свое-Имя. Сейчас установлю связь!

Он выпрыгнул и превратился в исчезающее вдали зеленое облачко.

Ваймс побежал к докам и помчался по набережной, мимо кораблей. В доках всегда было слишком людно, они представляли собой сплошное препятствие: кипы товаров, веревки, груды ящиков, перепалки через каждые десять шагов. Но Ваймс был бегуном от природы и прекрасно умел пробираться по забитым городским улицам. Он пригибался и прыгал, увертывался и уклонялся, а при необходимости – толкал. Он споткнулся о канат, перекатился и вскочил; в него врезался грузчик, но Ваймс уложил его апперкотом и прибавил шагу, на тот случай, если у грузчика поблизости были приятели.

Шесть часов – это очень важно…

Из-за угла Обезьяньей улицы показалась сверкающая карета четверней, с двумя лакеями на запятках. Ваймс набрал скорость, сделал отчаянный рывок, схватился за ручку, втиснулся между ошеломленными лакеями, прополз по колыхающейся крыше и плюхнулся на сиденье рядом с юным кучером.

– Городская Стража! – объявил он, показывая значок. – Езжай прямо!

– Но мне надо свернуть на… – начал молодой человек.

– И подстегни-ка лошадей, пожалуйста, – перебил Ваймс, не обращая внимания. – У меня срочное дело!