Ангва решила отправиться прямо в Псевдополис-Ярд, а не в ближайший участок. В конце концов, в Ярде находилась штаб-квартира, и там в шкафчике она всегда держала запасную форму.

Ее раздражала легкость, с которой Салли шагала на шестидюймовых шпильках. Ох уж эти вампиры. Ангва давно сбросила туфли и несла их в руках. Либо так, либо вывих лодыжки. В клубе «Розовая киска» был весьма ограниченный выбор обуви. В отношении одежды выбирать тоже оказалось особенно не из чего, если исходить из того, что одежда должна хотя бы частично прикрывать тело.

Ангва изрядно удивилась, когда в костюмерной нашлась женская униформа, но с крошечным нагрудником из папье-маше и юбочкой, которая была слишком коротка, чтобы прикрыть хоть что-то. Беллочка, осторожно подбирая слова, объяснила, что иногда мужчинам хочется посмотреть на красивую девушку в форме. Ангва, твердо помнившая, что мужчины, которых она арестовывала, никогда не были особо рады ее видеть, всерьез задумалась. В итоге она остановила свой выбор на расшитом золотыми блестками платье (которое ей не шло). Салли предпочла нечто простое, синее, с разрезом до бедра – разумеется, как только она его надела, платье стало выглядеть потрясающе.

И Салли в нем выглядела потрясающе.

Поэтому, когда Ангва вошла в Ярд, захлопнув за собой дверь, и услышала насмешливый свист, незадачливый стражник отлетел к стене и грянулся об нее. Два острия прижались к его шее, и Ангва прорычала:

– Хочешь увидеть волка сию секунду? Скажи: нет, сержант Ангва.

– Нет, сержант Ангва!

– Уверен? Может быть, я ошиблась?

Острия прижались посильнее. Стражник с легкостью представил, как стальные когти протыкают ему сонную артерию.

– Не знаю, сержант Ангва!

– У меня нервы на пределе! – взвыла та.

– Я не заметил, сержант Ангва!

– Все мы сейчас слегка напряжены, правда?

– Это точно, сержант Ангва!

Ангва выпустила бедолагу, позволив коснуться ногами земли, и всунула в безвольно обвисшие руки две черные блестящие туфли с очень острыми каблуками.

– Окажи мне, пожалуйста, большую услугу и отнеси их в клуб «Розовая киска», – любезно попросила она. – Если не ошибаюсь, они принадлежат девушке по имени Шерили. Спасибо.

Она повернулась к столику дежурного. Моркоу с раскрытым ртом глядел на нее. Прекрасно сознавая, какую бучу она подняла, Ангва подошла к нему сквозь толпу потрясанных зрителей и бросила на раскрытую книгу записи происшествий облепленное грязью ожерелье.

– Четверо гномов, убитых гномами же, в Долгой Тьме, – сообщила она. – Нюх меня не подводит. Это принадлежало одному из них. Вот что еще у него было, – Ангва положила грязный конверт рядом с ожерельем. – Слегка запачкано, но разобрать можно. Мистер Ваймс с ума сойдет… – Она посмотрела в голубые глаза Моркоу. – Где он?

– Спит в кабинете на матрасе, – ответил тот, пожав плечами. – Леди Сибилла знала, что он не поедет домой, поэтому она велела Вилликинсу постелить прямо здесь. Вы обе в порядке?

– Да, сэр, – сказала Салли.

– Я очень волновался… – начал Моркоу.

– Четыре убитых гнома, капитан, – перебила Ангва. – Городских гнома. Вот о чем надо волноваться. Трое наполовину погребены на месте, один уполз.

Моркоу взял ожерелье и прочел руны.

– Ларс Сильноступ, – сказал он. – Кажется, я знаю эту семью. Ты уверена, что его убили?

– Ему перерезали горло. Не похоже на самоубийство. Но он умер не сразу. Он добрался до одной из треклятых дверей, которую убийцы заперли за собой, и собственной кровью начертил какой-то гномий знак. Потом он сел и стал в темноте дожидаться смерти. В темноте, черт подери, Моркоу! Это были обыкновенные гномы! С лопатами и тачками! Они работали там, внизу, а потом, когда они перестали быть нужны, их прикончили! Зарубили и бросили в грязь! Может быть, он был еще жив, когда в шахту спустились мы с мистером Ваймсом! Он лежал за чертовой толстой дверью и медленно умирал! Ты знаешь, что это такое? – Она вытащила из-за корсажа сложенную карточку и протянула Моркоу.

– Меню? – удивился тот.

– Открой, – огрызнулась Ангва. – Прости, писать пришлось помадой. Больше ничего не нашли.

Моркоу развернул карточку.

– Еще один знак тьмы? Боюсь, он мне незнаком…

В помещении были и другие гномы-стражники. Моркоу поднял рисунок над головой.

– Кто-нибудь знает, что это такое?

Несколько голов в шлемах качнулось, несколько гномов попятились, и чей-то низкий голос из коридора отозвался:

– Да, капитан Моркоу, я знаю, что это. Если не ошибаюсь, знак похож на глаз с хвостом?