Хутор увидел почти сразу, как к дубу подошел - в стороне, у подножия холма, на заросшем буйной травой пепелище сиротливо стоял подкопченный остов печки. Рядом приткнулось несколько чуть покосившихся сарайчиков. А поодаль стояло чуть более крепко выглядящее здание бани.

Подойдя по высокой траве поля к заброшенному хутору, увидел черный зев пещеры на склоне холма. Вот оно, логово зверя. Я потянул из ножен меч и настороженно пошел вкруговую, потихоньку приближаясь к пещере.

– Ох, как хорошо, - раздался сзади голос, - нравится мне, когда вы сами сюда приходите!

Резко обернувшись, увидел невысокого и тщедушного мужичка.

– Ты дружище, это к чему?
– сощурился я, периодически по сторонам взгляды кидая.

– Да ходят тут всякие разные, - развел руками мужичок, - все убить меня хотят.

Хм, это уже интереснее. Я присмотрелся:

И что такого убивать, интересно?
– подумал, глядя на этого задохлика. Мой собеседник был бос, в простых изодранных холщовых штанах и когда-то белой, а сейчас коричневой от грязи рубахи. Длинные, давно не мытые волосы сосульками спускались ему на плечи.

– Тоже хочешь?
– спросил меня Ведко.

– Это ты тут по дорогам ужас наводишь?
– спросил я мужичка.

– Кому ж еще, - пожал тот плечами, - более никого в округе нет.

– Если ты, то да, придется, - неуверенно произнес я. Хлипкий вид мужичка вкупе с его уверенность меня начинали смущать.

– Ну, давай тогда, попробуй, - радостно улыбнулся Ведко, показав пеньки гнилых зубов.

– Ну давай, попробую, - перехватил я меч и шагнул было вперед.
– Упс, - проговорил уже другим тоном, когда мужичок еще раз широко ухмыльнулся. Под кожей у него будто черные черви поползли, все тело от этого начало чернеть, кожа бугрилась. Глаза налились красным, а из пасти вырвался хриплый рев.

– Упс, - снова повторил я, ошеломленно застыв.

Ведко уже немного присел, а черные нити, которые бугрили его кожу, вдруг полезли наружу пучками шерсти. Во рту у мужичка вместо гнилых пеньков уже клыки наросли, да и рта больше не было - пасть такая, что руку просунуть можно.

– И да прольется огонь с небес!
– с пафосом крикнул я, направляя острие меча в сторону оборотня. Но крикнул с ленцой некоторой - ну, оборотень, ну что такого? Первое изумление уже прошло, и я мысленно снимал шикарную шкуру с верфольфа.

'Не получилось, не срослось' - поется в старинной песенке хирургов. Впрочем, я бы мог ее тоже напеть, если б мгновенье хоть свободное появилось. Нет, молния ударила как обычно - серьезно, раскатисто, вот только в то место, где зверя уже не было. А сам оборотень бросился на меня, и едва с ног не сшиб. Я успел перемкнуть ему всего одним ударом - правда, автоматически усиленным святым светом, а после лишь пятился.

Несколько раз вервольф рванул меня за ноги - и было ощутимо больно! Не так, конечно, если взбесившийся огромный волк тебя за ноги хватает, так что кровь по сторонам брызгает, но ощущения были сравнимы с попаданием пейнтбольных шариков. Из маркеров, у которых длинная насадка на ствол - определился с ощущением я, когда еще раз кровь в стороны брызнула - теперь уже за руку с мечом меня волк тяпнул, под удар нырнув.

– Ааа!!!
– вдруг заорал я и коротко разбежавшись, ударил зверя щитом. Толи от удара, толи обескураженный моим криком вервольф едва не покатился, присев на задние лапы. Моментом этим я воспользовался сполна - не знаю, как так получилось, но уже через несколько секунд был на крыше баньки.

– И да... прольется... ого-ооооонь ссс...
– выцеливая хитрую тварь тянул я и вдруг резко выдохнул, - небес!

– Да!
– это радостно после попадания молнии.
– Эээ!!!
– а это вервольф на штурм пошел.
– Н-на! Н-на!
– нанося один за другим удары, орал я, кромсая ненавистную уже морду. В занимательную игру 'попади молнией' мы с этой верткой сволочью играли уже больше часа. Регенерировал здоровье оборотень неприлично быстро и когда я мазал двумя молниями подряд, жизнь его возвращалась в зеленую зону. А попасть в зверя было необычайно сложно.

Но сейчас дело сдвинулось - полоска жизни вервольфа упала далеко в красную зону, и у него приступ бешенства начался - оборотень в неистовстве бросался на стены бани. Залезть к себе на крышу я ему не давал - пинал ногами и рубил мечом, всячески обороняясь. Даром мне это тоже не проходило - в инвентаре остались всего две малые склянки восполнения жизни - те, которые еще в первый день в Терре с поверженного орка взял.

– Н-на!
– заорал я и вдруг неожиданно даже для себя прыгнул двумя ногами вперед на оборотня. Вместе мы упали на землю и когда я приземлился коленом на волка, еще и меч в него воткнув, система выдала: