— Ты уверен в этом? — с сомнением произнес Михаил Юрьевич, рассматривая фотоснимки мужа Воронцовой, сделанные их сотрудником. — Уж я-то Башуна узнал бы! И в тайге с ним встречался нос к носу, и здесь, в Москве.

Он повертел в руках снимки и отрицательно покачал головой:

— Нет, не похож! Лишь немного напоминает складом фигуры.

— Но все же, Миша, тебе надо лично за ним понаблюдать из нашей машины, — подумав, предложил Сальников. — Я уверен, если это Костыль, ты его узнаешь!

— А что это сейчас нам даст? — не согласился Юсупов. — Завтра уже отвезем бандитам задаток и постараемся не упустить посланца. Он и будет, — с надеждой взглянул на друга, — той ниточкой, которая поможет распутать клубок!

— Не слишком на это уповай, Миша, — резонно заметил Сальников. — Они ведь тоже ребята не промах и постараются нас провести. Что тогда?

— Тогда и займемся вплотную Башуном, — отрезал Михаил Юрьевич, решив на этом закончить спор. — Ничего другого нам не останется!

Но не тут-то было. Сальников не отступал.

— Нет, Миша! Тогда уже будет поздно, — твердо заявил он и, взглянув на часы, поднялся. — Ты сейчас поедешь с нами к дому Воронцовой и своими глазами полюбуешься на ее муженька. Если это будет и правда Костыль, — голос его звучал требовательно и жестко, — то у нас будет ниточка куда надежнее, чем посланец, которого мы наверняка упустим!

Помощник Михаила Юрьевича редко позволял себе с ним такой тон, и шеф уже хотел было его одернуть, но, осознав, что Сальников прав, смягчился.

— Ладно, Витек, твоя взяла! — сказал он, тоже вставая. — Поехали! Но почему ты думаешь, что мы сейчас его застанем?

— А он через сорок минут придет домой обедать, — повеселев, объяснил Сальников. — Мы уже неплохо знаем его расписание дня. Наверное, Воронцова, — усмехнулся он, — недурно готовит.

И действительно, долго ждать мужа Воронцовой им не пришлось. Не прошло и четверти часа, как к подъезду дома подошел плотный блондин в легкой спортивной куртке и полотняных джинсах.

— Это он! — толкнул локтем Михаила Юрьевича Сальников. — Ну как: похож?

— А что? Пожалуй, ты прав, Витек, — вглядевшись в «Воронцова», задумчиво протянул Юсупов. — Не только похож, а это точно Башун, — уже уверенно добавил он. — Только нацепил парик, наклеил усы и даже походку изменил. То, как утка, переваливался с боку на бок, а сейчас словно на пружинах подпрыгивает.

— Так это понятно: видишь, на каких платформах ходит? Вот почему он и ростом выше кажется, — усмехаясь, объяснил Сальников. — Ну что, Миша, может, стоит нам взяться за него вплотную? — вопросительно скосил он глаза на шефа. — Это же — верняк!

— Честно скажу, руки чешутся спустить шкуру с этого негодяя! — признался другу Юсупов, глядя вслед входящему в подъезд Костылю. — И я разделяю твое убеждение. Взявшись за Башуна, мы скорее найдем наших девочек.

— Тогда что же тебя держит, Миша? — вырвалось у Сальникова. — Время же драгоценное теряем!

Михаил Юрьевич посмотрел на друга, и впервые тот прочитал в глазах своего железного шефа неуверенность, граничащую со смятением.

— Очень боюсь ошибиться, Витек! — честно признался он. — А вдруг Петя прав, и можно спокойно получить обратно Оленьку и Надю за деньги? С Башуном же огромный риск, — голос его дрогнул. — Страшно подумать, какие грозят нам последствия, если бандиты узнают, что мы схватили подонка. Этого я себе никогда не прощу!

— Не верю я, что у Пети выгорит то, что затеял, — с мрачным упорством стоял на своем Сальников, — Слава Богу, знаю психологию бандитов. Все равно нам придется раскалывать Костыля, но может оказаться слишком поздно!

Некоторое время они сумрачно молчали, пока Михаил Юрьевич не принял окончательного решения.

— Все! Поехали отдыхать, Витек, — деловито распорядился он. — Завтра нам предстоит тяжелый день. Пока будем действовать по намеченному плану!

Утром в день передачи выкупа Михаил Юрьевич Юсупов встал с головной болью. Всю ночь его мучили какие-то кошмары, он не выспался и скверно себя чувствовал, несмотря на ярко светившее солнце и прекрасную теплую погоду.

Однако, приняв холодный душ и растеревшись жестким полотенцем, он пришел в норму, выпил чашку черного кофе с бутербродом и был готов к действию.

Первым ему позвонил Сальников.

— У нас все готово, Миша, — доложил он шефу. — Ждем посыльного на четырех машинах. Две припаркованы на Новокузнецкой и еще две — в переулке за углом дома. По две в разных направлениях. Таким образом, как только он повезет выкуп, куда бы ни отправился, за ним тотчас последует наша машина. В пути ее нагонят остальные и, сменяя друг друга, проводят до места.