— Ничего себе отдых! Полдня готовить еду, а всю вторую половину с двумя девчонками вожжаться, — проворчала Настя. — Но ты прав: баксики и в Америке деньги. Хоть не зря страдать буду! Да и, по правде сказать, эти близняшки чудо как хороши!

— Что, такие красивые соплячки? — с интересом скосил на нее глаза Седой.

— На редкость, Вася! — восхищенно подтвердила Настя и добавила: — Кроме того, из разговоров хозяев я усекла, что они вроде какого-то старинного рода. Из князей, что ли. Такое может быть? — с сомнением покачала она головой.

Однако на Седого это не произвело впечатления.

— В жизни все бывает, — равнодушно отозвался он. — Какое это сейчас имеет значение? Главное, получить за них хорошие бабки!

— Может, пощадишь их, Вася, когда выкуп получишь? Уж больно красивые девчушки! — вздохнула Настя, прижимаясь к нему пышной грудью, так как вновь ощутила страстное томление. — Мне будет их жаль.

— Что-то ты больно жалостливая стала! В нашем деле — это помеха. Пора тебя списать, — как бы шутя бросил ей Седой, но в его голосе послышалась скрытая угроза. — Однако где я найду такую охочую телку? — смягчил он тон, так как у него тоже снова возникло острое желание. — Уж больно хороша ты, Настена, в постели!

С этими словами он обхватил ее своими волосатыми лапищами, перевернул на спину, и им стало не до разговоров.

Прохор Рябов приехал на встречу с помощником начальника конвоя тюрьмы Шевчуком в грязноватый ресторанчик на краю города, везя маленький кейс, туго набитый пачками долларов. Место и время встречи выбрал сам Шевчук. Видно, чувствовал там себя в безопасности.

Рябой вышел на него довольно сложным путем. Изучая обстановку в этой тюрьме и вокруг нее, он зацепился за два удачных побега, совершенных заключенными. Одного по блатным каналам удалось разыскать, и тот за приличные бабки открыл, кто ему тогда помог. Остальное уже было, как говорится, делом техники. И теперь у них предстоял решающий разговор.

Как и было условлено, Рябой вошел в ресторан один, без сопровождающих. Его братва осталась в большом подержанном «форде», припаркованном в пяти шагах от входа. В довольно большом зале, оборудованном в полуподвале старой кирпичной двухэтажки, дым висел коромыслом, а на небольшой эстраде под фонограмму трясла силиконовой грудью и вертела оголенным задом довольно зрелая девица.

Шевчук его уже ждал за угловым столиком, без видимого интереса посматривая на то, что вытворяла девица. Это был громоздкий, тучный детина с выпирающим животом, одетый в мешковатый, плохо сидящий на нем костюм. Любой мог легко догадаться, что это либо переодетый мент, либо кадровый военный.

— Вот, что меня задержало, — вместо приветствия и извинений сказал Рябой, садясь рядом с ним и прихлопнув ладонью по кейсу, который положил к себе на колени. — Он дорого стоит! Как, здесь надежное место?

— Нет вопроса! Хозяин мой друг, — коротко ответил конвойный. — Разговор может быть откровенным. Ни жучков, ни видеокамеры здесь нет. Водку пьешь?

Перед ним на столике, сервированном на двоих, красовались графин и три блюда с салатом, мясным и рыбным ассорти. Шевчук наполнил рюмки.

— Давай выпьем, Рябов, за то, чтобы мы с тобой не зря провели здесь время, — предложил он. — Думается, что мы поладим.

— Еще бы! Стал бы я сюда тащить это. — Рябой снова похлопал по кейсу. — Можешь не сомневаться, здесь ровно половина, как договаривались.

Они выпили, неторопливо закусили, и разговор принял деловой характер.

— Я все устрою так, — вполголоса сообщил конвойный, — что сопровождать вашего Башуна, когда его повезут на «воронке» в суд, буду я, и еще двое, один из которых мой проверенный в деле помощник.

— А второй что, ненадежен? Он не подведет? — встревожился Рябой.

— В том-то вся и закавыка. Уволили моего второго помощника. По пьянке, — мрачно произнес Шевчук. — А с новым и говорить не стоит: заложит начальству!

— Как же с ним быть? Придумал, что делать? — нахмурился Рябой.

Тучный Шевчук откинулся на стуле, вытер потный лоб и шею несвежим платком и, глядя на него хитрыми заплывшими глазками, заверил:

— Само собой! Свое дело знаем. Не первый год замужем, — усмехнулся он и предложил: — Давай выпьем, Рябой, за успех моей задумки. Она тебе понравится!

— Это можно, — согласно кивнул тот, наливая себе и ему из графина. — Но сначала хочу послушать, что ты придумал.

— Хорошо, пусть будет так. — Шевчук поставил на стол рюмку. — Мой план совсем простой и основан на совместных с тобой действиях.

— Ты это о чем? — насторожился Рябой. — За что же мы тебе даем такие бабки, если придется самим рисковать шкурой?

— Только за то, что выполним мы с напарником, — спокойно ответил Шевчук. — Без нас вам ничего не сделать!