— Синий «БМВ» с помятым сзади бампером, — только и смог выдавить из себя Петр, приводя в норму дыхание.

— Передайте срочно по «02» о похищении и приметы машины преступников, сохраняя самообладание, отдал распоряжение по мобильнику Михаил Юрьевич своим сотрудникам. — А ты, Петя, возьми себя в руки, — мягко одернул он его, желая немного подбодрить. — Не падай духом! Мы догоним этих негодяев!

В этот тяжелейший для обоих момент он отпустил сыну все его грехи.

Сидя рядом с Настей и незнакомым мужчиной на заднем сиденье «БМВ», Оленька и Надя с недоумением и страхом озирались вокруг, не понимая, что происходит, и с ужасом думая о том, живы ли их родные. Будучи достаточно большими, они знали, к чему приводят автомобильные аварии. Они видели, что в конце переулка бежал и кричал какой-то высокий парень, похожий на брата, и менее робкая Оля, удивленно подняв глаза на няню, спросила:

— А это не Петя там бежал? Ты же сказала, что все они погибли, — и она снова горько заплакала, хотя ей все еще не верилось, что они с сестрой осиротели.

— Конечно, нет, бедняжка моя, — почти искренно обняв и прижав к себе, нагло соврала Настя. — Я же сказала вам, что самолет упал в море, и все утонули. Там очень глубоко и вытащить никого не удалось.

— Но, может, кому-то удалось спастись, просто их еще не нашли? — перестав плакать, с надеждой спросила Оля. — Ведь папа и Петя отлично плавают!

— Все еще возможно, дорогая моя девочка, — ласково ответила Настя, которой было их жаль, особенно Олю. — Но прямо скажу: шансов на это мало.

— А куда мы едем и кто эти люди? — шепотом спросила смелая Оля.

— Я же говорила: в детский приемник милиции. Надо решить, кто о вас с Наденькой теперь будет заботиться, — беспардонно врала ей Настя. — А эти дяди — милиционеры, только не в форме.

Оленька было умолкла, но, немного подумав, спросила:

— Но ведь у нас еще осталась бабушкина сестра тетя Варя. Она нас любит и не бросит! — убежденно произнесла она, посмотрев на сестру. — Ведь это правда, Наденька?

— С ней уже говорили по телефону из милиции, — продолжала свое вранье Настя. — Она не сможет сюда приехать и взять вас в Женеву. У нее самой ведь большая семья.

Тем временем мощный «бьюик» Юсупова, который не упускал из виду похитителей, стал к ним приближаться, и Цыган, взглянув в зеркало заднего вида, заметил погоню.

— Кто-то все же поднял шухер, — тревожно бросил он сидевшему рядом с ним Костылю, прибавляя газку. — Или в школе, или тот тип, который за нами бежал. Ты же его заметил?

— Дело хреновое! Это значит, что наш номер засекли, и теперь мусора устроят облаву, — всполошившись, ткнул пальцем в зеркало Башун.

— Неужто это один из Юсуповых нас засек и гонится за нами? — Цыган удивленно скосил глаза на подельника.

— Думаю, так и есть. Или не вовремя приехал за девками в школу, или они хватились Насти, — озабоченно предположил Башун. — И, конечно, уже подняли на ноги мусоров. Значит, теперь нам хана!

— Не трухай, Костыль, прорвемся, — хмуро бросил ему Цыган, уверенный, что и на этот раз выйдет сухим из воды. — Главное, без паники! Ты ведь знаешь, я принял меры, чтобы избавиться от погони.

С большим искусством и отчаянной лихостью он гнал свой «БМВ», лавируя в сплошном потоке транспорта по намеченному маршруту, и сумел немного оторваться от преследователей. Вот уже он достиг боковой улицы, в конце которой была засада Кучерявого, визжа тормозами, с ходу повернул в нее, но, взглянув в зеркало, увидел, что вслед за ним туда въехала и серебристая машина.

— Ну что ж, не подведи нас, каточек! — злобно пробормотал Цыган, завидев, что улица перегорожена и его подельники на месте. Он резко снизил скорость, приближаясь к узкому проезду.

Михаил Юрьевич тоже еще издали увидел сужение дороги.

— Вот тут мы их и достанем! — обрадованно бросил он сыну, передав пистолет, и на полной скорости устремился к узкой горловине, настигая похитителей. — Как приблизимся, — приказал он ему, — сразу стреляй по колесам!

Но ловушка Цыгана сработала! Как только «БМВ» миновал проезд, оставленный строителями, его сразу перегородил асфальтовый каток, и ему пришлось так резко затормозить, что Петр сильно ушиб голову, чуть не разбив лобовое стекло.