Все мышцы в моем теле напряглись, как будто я собралась спасаться бегством.

— Ты не обязана ничего говорить прямо сейчас, но к следующему эфиру «Вестей» ты должна знать, хочешь ты этого или нет. У меня нет желания ставить тебе ультиматум, но ты слишком беспечно относишься к моему единственному шансу. — Он вздохнул, потом продолжил: — И я не планировал, что наш разговор зайдет в эту степь. Наверное, мне лучше уйти.

Я видела, что ему хочется, чтобы я попросила его остаться. Сказала ему, что все будет хорошо.

— Думаю, так будет лучше, — прошептала я.

Максон, выведенный из себя, покачал головой и поднялся:

— Ладно. — Рассерженный, он в несколько быстрых шагов пересек комнату. — Пойду посмотрю, что там делает Крисс.

К завтраку я вышла с опозданием, чтобы не наткнуться ненароком на Максона или на кого-нибудь из девушек. В коридоре столкнулась с Аспеном. Я возмущенно фыркнула, и он, оглянувшись по сторонам, приблизился ко мне.

— Где ты пропадал? — негромко спросила я.

— Работал. Я ведь гвардеец. Не я решаю, куда и когда меня пошлют. Меня больше не назначают стоять на часах у твоей комнаты.

Я хотела спросить почему, но момент был не самый подходящий.

— Мне нужно с тобой поговорить.

Он на миг задумался.

— В два, в конце коридора первого этажа, за больничным крылом. Я смогу подойти, но ненадолго.

Я кивнула. Он коротко мне поклонился и двинулся дальше по своим делам, пока никто нас не застукал, а я пошла по лестнице вниз, чувствуя смутную досаду.

Хотелось визжать. Необходимость торчать всю субботу в Женском зале казалась мне неправильной. Гости, посещающие дворец, хотели повидаться с королевой, а не с нами. Когда одна из нас станет принцессой, возможно, все изменится, но пока что я вынуждена была смотреть, как Крисс снова корпит над своей презентацией. Остальные тоже читали — кто свои записи, кто сводки, — и мне стало тошно. Позарез необходимо было что-нибудь придумать, причем срочно. Я не сомневалась, что Аспен поможет. Уже вечером нужно во что бы то ни стало начать работу.

Точно прочитав мои мысли, Сильвия, принимавшая гостей вместе с королевой, остановилась перекинуться со мной словечком.

— Ну, как поживает моя лучшая ученица? — спросила она вполголоса, чтобы не услышали другие.

— Отлично.

— Как продвигается проект? Помощь в шлифовке нужна?

В доведении до ума? Как можно отшлифовать то, чего не существует?

— Все в полном порядке. Уверена, вам понравится, — солгала я.

Она склонила голову набок:

— Скрытничаем, да?

— Немножко, — улыбнулась я.

— Ну ладно. В последнее время вы делаете большие успехи. Уверена, презентация будет блестящей. — Сильвия похлопала меня по плечу и вышла из зала.

Я схватилась за голову.

Минуты ползли так медленно, что это казалось какой-то изощренной пыткой. Около двух я извинилась и вышла в коридор.

В самом дальнем конце у окна стоял обитый рубиновым плюшем диван. Я присела на него и стала ждать. Часов поблизости видно не было, но минуты тянулись невыносимо медленно. Наконец из-за угла показался Аспен.

— Можно сказать, почти вовремя, — вздохнула я.

— Что случилось? — спросил он, с официальным видом останавливаясь у дивана.

Много всего, подумала я про себя. Слишком много всего такого, о чем я не могу тебе рассказать.

— Нам дали одно задание, а я понятия не имею, с какой стороны к нему подступиться. Мне в голову ничего не приходит, я так нервничаю, что даже спать не могу, — выпалила я.

Он фыркнул:

— Что за задание? Придумать дизайн тиары?

— Нет! — Я бросила на него раздосадованный взгляд. — Нам нужно разработать какой-нибудь проект, что-то такое, что принесло бы пользу стране. Вроде программы королевы Эмберли для инвалидов.

— Так вот из-за чего весь сыр-бор? И с чего тут нервничать? Это должно быть интересно.

— Я тоже так думала. Но мне в голову вообще ничего не приходит. Что бы ты сделал на моем месте?

Аспен на мгновение задумался.

— Придумал! Надо организовать программу межкастового обмена, — сказал он. Глаза у него возбужденно блестели.

— Что-что?

— Программу межкастового обмена. Люди из высших каст меняются местами с людьми из низших, чтобы на собственной шкуре почувствовать, каково нам приходится.