Базил и Несесситас становились все более беспокойными. Огромный Вандер подошел ближе, чтобы взглянуть на происходящее. У Релкина возникло предчувствие катастрофы. Раздраженные драконы и несдержанные лесные эльфы могли развязать бой прямо сейчас и разрушить все их планы.

Наконец Базил нагнулся к Хелтиферу и пробормотал:

— Скажи этой древесной личности, пусть уберется с дороги. Я собираюсь помочить ноги в ручье.

Релкин услышал разговор и шагнул в сторону Хелтифера.

— Баз, ты уверен, что это надо сделать прямо сейчас?

— Да.

Несесситас тоже нервничала.

— Мои ноги просто горят, и я тоже опущу их в прохладную воду, — сказала она.

Релкин повернулся к ней, в горле у него пересохло. Несесситас обычно была самой рассудительной из всех драконов Стодевятого.

— А потом мы будем сражаться с эльфами. Причем сколько их здесь неизвестно, а стрелы у них отравлены.

— Значит, у меня будет новый драконопас, — спокойно ответил Базил. — Ноги важнее.

— Спасибо, приятно было об этом узнать. Новый драконопас! А как насчет драконов, на них что, ядовитые стрелы уже не действуют?

— Драконы, пастухи — ну и что? Сейчас меня интересуют только мои ступни.

Драконы дружно пошли вперед и уселись прямо в ручей, застонав от удовольствия.

Изумленный предводитель эльфов вытаращил на них глаза. Затем что-то залепетал на своем лесном языке.

Релкин уже готов был взяться за лук, надеясь выпросить у смерти отсрочку, чтобы выпустить стрелу в лучников, прежде чем убьют его самого.

Через плечо он услышал ворчание драконопасов.

— На редкость глупый способ самоубийства, — бурчал Марко Вели.

— Это точно, тем более считалось, что эти строптивые ребята будут за нас, — сказал Розен Джейб.

— Строптивые, в основном, их стрелы, — ответил Релкин.

И тут послышался новый звук — крик откуда-то спереди, затем три резких сигнала корнета, и на дороге в тылу у эльфов появилось несколько всадников.

Через мгновение Лессис на изящной белой кобылице и какой-то эльф верхом на столь же грациозной лошадке подъехали к ручью, где сидели драконы, охлаждая свои натертые ноги.

Этот владыка эльфов был одет в наряд из красных и синих перьев, небольшую куртку, бриджи и головной убор. Он сказал что-то Лессис на лесном языке, и та ответила фразой, которая заставила красно-синего владыку рассмеяться.

Затем он слез с лошади, подошел к принцу Эфеду и начал бранить его тихим, сердитым голосом. Эфед раздраженно пыхтел в ответ, но было видно, что ранг у него не тот, и он сам это понимает.

Появилось еще несколько всадников: субадар Йортч, пара его солдат и лейтенант Уилд. Лошади их казались огромными по сравнению с лесными пони эльфов.

Лессис слезла с лошади и присоединилась к двум предводителям эльфов.

Релкин наблюдал, как она дипломатично движется между королем эльфов Матуголином и надменным принцем Эфедом. Сначала она заставила короля рассмеяться. Затем взяла Эфеда за руку, отошла с ним на пару шагов в сторону и заговорила успокоительным тоном. В ответ он только ворчал и бормотал что-то невнятное, но когда они вернулись обратно к Матуголину, Эфед преклонил колено и поцеловал королевскую руку.

Матуголин обнял принца и что-то ему сказал. Принц, судя по всему, воспринял его слова хорошо и в ответ тоже обнял короля. Затем они возвратились к замершим в ожидании солдатам, эльфам и драконам.

Лессис заметила Релкина и кивнула ему:

— Рада встрече, Релкин из Куоша. Лагдален сказала мне, что ты здесь.

— Очень рад, леди, — запинаясь, произнес Релкин, все еще не оправившийся от того, с какой быстротой она утихомирила принца эльфов.

Король эльфов спустился к ручью и обратился к драконам.

— Великие виверны, простите великодушно легкомысленные высказывания принца Эфеда. Я, король Матуголин, приветствую вас в Тунине. — Драконы охлаждали свои пятки, кряхтя от удовольствия. Они обращали мало внимания на короля эльфов.

Драконир Хелтифер был слишком ошеломлен, чтобы что-то ответить. Релкин воспользовался случаем, вышел вперед и отвесил глубокий поклон.

— От имени драконов Стодевятого драконьего эскадрона благодарю вас, о великий король.

Он заметил, как Лессис смотрит на него с благодарностью. Ободренный, он продолжал:

— Сейчас драконы слишком страдают из-за больных ног, чтобы ответить вам учтивыми словами согласно этикету, но я знаю, что они полностью присоединяются к этим моим словам.

Король Матуголин, прищурившись, посмотрел на Релкина, бросил взгляд на Лессис, а затем улыбнулся и развернулся назад, к лучникам-эльфам, прокричав им что-то на лесном языке.

Стрелы снова вернулись в колчаны, а луки успокоились на плечах лучников.

К ночи солдаты Кесептона и драконы разбили лагерь на поляне в глубине леса. Они уже одолели две трети старого торгового тракта, проходившего через лес Тунины с востока на запад; именно этой дорогой, вероятнее всего, и должен был следовать Трембоуд.