— Боитесь?

— Боюсь.

— И признаётесь в этом?

— Я трусоват.

— Тогда что же вы делаете здесь, посреди реки, полной крокодилов?

— Я еду на остров, который является конечной точкой нашего рейса.

— Зачем? Будете там писать?

— Я буду там жить.

— Интересный выбор. Не слишком ли вы увлеклись эскападами?

— Всё гораздо проще. У меня в кармане осталось всего несколько монет, как раз чтобы доехать и купить какую-нибудь лачугу. Я нищий.

— Нищий, который едет в самое сердце Южной Америки, чтобы купить там лачугу и жить? Вы серьёзно?

— А чем это место хуже любого другого?

— Что же, наш разговор всё же зашёл в тупик.

— Бог с ним, с разговором. Мы можем просто помолчать, глядя на закат, пока он не закончился.

— Я буду смотреть на закат, а вы будете жульничать?

— Безусловно.

— Бой, зажигай фонари! В этой тьме египетской не разглядишь, что пьёшь. Пошевеливайся!

— Иногда во тьме можно увидеть больше, чем под светом фонарей, капитан.

— Что же, например?

— Как светится кончик сигареты беспечного часового, например. Очень удобно целиться.

— Слава Богу, что я курю трубку.

— Да, это безусловный плюс. Главное, выбирать трубку с глубокой чашкой и не находиться под склоном. Со склона снайпер может увидеть и трубку.

— И что же делать?

— Курить под крышей. Правда, это опасно тем, что при атаке строения обычно атакуют минометчики или авиация.

— Чертовски увлекательно, мой генерал! И что же делать?

— Пить, капитан. И не переживать о возможном.

— Великолепные слова, генерал!

— Ваше здоровье, капитан.

— Как жаль, что закат так быстро погас.

— Бесконечно жаль. Подождите немного, и на небе появятся звёзды.

— Мадам, месье, позвольте, я зажгу лампу.

— Зажигайте, месье. Мой собеседник будет рад.

— Безусловно. Вот, возьмите.

— Благодарю вас, месье.

— Вы расточительны.

— Скоро я умру для цивилизации. Зачем мертвецу деньги?

— Как претенциозно.

— Хороший повод для продолжения нашей пикировки.

— Вы готовы выкинуть белый флаг?

— Он был выкинут ещё перед началом нашей беседы. Неужели вы не видите, как он свисает с моего плеча?

— Вы могли бы получше следить за вашим шейным платком.

— Вы правы. Я был небрежен.

— Что вы делаете? Зачем вы бросили его за борт?

— Я передумал сдаваться. Расскажите мне что-нибудь о себе.

— Вы правда едете туда, чтобы жить? И не собираетесь возвращаться?

— Правда. Не собираюсь.

— Почему?

— Не хочу. Некуда.

— Так не хотите или некуда?

— Некуда, потому что нет места, в которое я хотел бы вернуться.

— Почему?

— Небо, а не душу меняют бегущие за море.

— Латынь?

— Да.

— А как звучит в оригинале?

— Caelum, non animum mutant, cui trans mare currunt.

— Послушайте, но это же нелепо.

— Латынь?

— Бегство.

— А я не бегу.

— А что же?

— Я перемещаюсь в пространстве. И немного во времени.

— В один конец?

— А чем плохо? Все дороги идут в один конец.

— Снова цитата?

— Нет. Просто факт.

— Послушайте, милый мальчик, это глупость.

— Ещё раз назовёте меня мальчиком, и мы закончим нашу беседу.

— А кто же вы?

— Сейчас я ваш собеседник, и не более того.

— Обидчивый собеседник.

— Оставьте мне эту малость.

— А сколько вам лет?

— Мне? Двадцать семь.

— Сколько?! Вы не лжёте?

— Я очень, гхм, моложаво выгляжу, я знаю. Мне говорили.

— Удивительно.

— Не очень. Иногда просят показать паспорт.

— Простите меня, мой друг.

— Ничего. Не стоит извинений.

— Я обидела вас. Мне самой…

— Я знаю, сколько вам лет. Не стоит делиться этим секретом с остальными.

— Откуда?

— Заплатил стюарду, он посмотрел в книге регистрации пассажиров.

— Интересно.

— Что именно?

— Я никак не могу понять, как мне хочется отреагировать — возмутиться и обвинить вас в преследовании, или, наоборот, восхититься настойчивостью.

— Подумайте и известите меня о вашем решении.