С виду доктора казались весьма мрачными, и я, присмотревшись повнимательнее, уяснил еще кое-что: все они в прошлом были замешаны в преступлениях — возможно, в махинациях с лекарствами, — и теперь их судьба полностью зависела от Грегори Белкина. Только под его защитой они чувствовали себя спокойно.

Иными словами, это была специально подобранная Грегори команда врачей, скрывающихся от правосудия, и он использовал их в своих целях.

Я подумал, что мне повезло. Гораздо хуже, если бы Грегори отдал мои кости на исследование не этим глупцам, а настоящим магам. Впрочем, где бы он нашел настоящих магов?

Все было бы по-другому, отыщи он хасидских цадиков, которые не испытывают перед ним страха, или обратись он к буддистам либо зороастрийцам. Даже целитель-индиец, пусть и воспитанный на Западе, представлял для меня реальную опасность.

Все еще невидимый, я выпрямился и подошел вплотную к Грегори, едва не коснувшись его плеча, и явственно ощутил аромат надушенной кожи, увидел вблизи его гладкое лицо. Он продолжал разговаривать с докторами, скрывая беспокойство за напряженной и сердитой интонацией, как будто только так, крохотными порциями, вместе с потоком слов, он мог дать выход накопившейся тревоге.

Вид собственных костей не вызвал во мне эмоций. Пора было устроить какую-нибудь пакость, найти шарф и вернуться к Рашели. Теперь я окончательно убедился, что прикосновение к праху, перемещение его с места на место, так же как и любопытные взгляды докторов, никак не влияют на мое состояние.

«Наша связь разрушена окончательно?» — мысленно обратился я к своим костям, но ответа не получил.

Они лежали на столе в полном беспорядке, словно кто-то пытался наспех сложить скелет, но позолота в свете электрических ламп сияла все так же ярко. Кое-где к костям прилипли частички ткани и пепел, но было видно, что они по-прежнему крепки и навсегда останутся такими.

Неужели они по-прежнему хранят в себе мою душу, мой целем?

«Я все еще в твоей власти? Ты можешь наказать меня, повелитель?» — мысленно спросил я.

Грегори почувствовал мое присутствие и оглядел комнату, но не увидел меня. Стоявшие возле него мужчины — а их было шестеро — спросили, в чем причина его волнения.

Один из докторов дотронулся до шкатулки.

«Не прикасайся к ней!» — воскликнул Грегори.

Его испуг доставил мне истинное удовольствие.

Возможность дразнить и мучить смертных всегда наполняет меня гордостью, хотя в этом нет ничего сложного. Мне следовало сдерживать свои порывы.

Я пришел сюда подвергнуть нас обоих испытанию и не должен тратить время на игры.

«Мы будем обращаться с ними максимально бережно, — сказал один молодой доктор. — Но чтобы сделать анализ ДНК и провести радиоуглеродное датирование, необходимы соскобы».

«Вам ведь нужен полный анализ? — вступил в разговор другой врач, явно желавший получить одобрение и поддержку босса. — Вы хотите, чтобы мы вытянули из костей как можно больше сведений: пол, возраст, причину смерти — словом, все секреты, которые они хранят».

Врачи заговорили наперебой.

«…Вы будет удивлены и довольны результатами…»

«…Помните, как исследовали мумию в Манчестере?»

Грегори холодно кивал в ответ, но молчал, поскольку знал, что я где-то рядом. А я тем временем, оставаясь невидимым, полностью восстановил тело и одежду, но не обрел плотность, а потому при желании мог с легкостью пройти сквозь Грегори и сбить его с ног.

Я коснулся щеки Грегори, столь невинным жестом заставив его окаменеть от ужаса. А когда я провел рукой по его волосам, бедняга едва не задохнулся.

Ученая болтовня над моими костями не стихала.

«Размер черепа… мужчина… кости таза… возможно… вы понимаете…»

«Будьте осторожны с ними!» — неожиданно выкрикнул Грегори.

Ученые мужи вмиг умолкли.

«Я хотел сказать, обращайтесь с ними как с бесценной реликвией, — пояснил Грегори. — Вы поняли?»

«Да, сэр, конечно…»

«Понимаете, египтологи, которые делали подобную работу…»

«Не надо ничего объяснять. Меня интересуют только конкретные сведения. И держите все в тайне. У нас мало времени, джентльмены».

Интересно, что он имел в виду?

«Я не хочу заниматься болтовней в ущерб работе, — продолжал Грегори. — Так что немедленно приступайте к делу».

«Все отлично, — заверил его пожилой доктор. — Не беспокойтесь, времени хватит. К тому же я не думаю, что день или два сыграют для вас решающую роль».

«Надеюсь, вы правы, — мрачно кивнул Грегори. — Но все может пойти не так, и тогда нам грозят серьезные проблемы».

Страшась потерять расположение хозяина, врачи дружно закивали и принялись обсуждать план действий.