– Допустим, пять футов и девять дюймов. Значит, он намного ниже, чем я! – добавляет Ричард с мрачным удовлетворением.

– Многие люди намного ниже тебя, – говорю я. В Ричарде шесть футов и два дюйма, и он действительно выше многих мужчин.

– Никогда не думал, что Лотти выйдет замуж за коротышку.

На это мне нечего ответить, поэтому я только закатываю глаза и возвращаюсь к чтению купленного в аэропорту журнала.

– Я поискал о нем информацию в Гугле, – говорит Ричард, комкая в пальцах гигиенический пакет. – Он – мультимиллионер, владелец бумажной компании.

– Мм-м-м… Я знаю.

– Я пытался выяснить, есть ли у него собственный самолет, но в Сети об этом ничего не сообщается. Но я почти уверен, что есть!

– Ричард, перестань себя мучить! – Я поворачиваюсь к нему. – И вообще, дело не в том, есть ли у Бена собственный самолет или нет? И не в росте. Не нужно сравнивать себя с ним, понимаешь?

Несколько долгих секунд Ричард молча глядит на меня. Потом, словно он вовсе не слышал моих последних слов, Ричард говорит:

– А ты видела, какой у него дом? Это настоящая старинная усадьба, в ней даже снимали сериал – «Хайтон-Холл». Значит, он не только мультимиллионер, но и владелец роскошного поместья… – Он злобно скалится. – Сволочь!..

– Ричард…

– На фотографиях, которые я видел, он выглядит довольно хилым. Разве ты не заметила? – Ричард методично рвет гигиенический пакет на узкие полоски. – Настоящий дистрофик!.. Не понимаю, что Лотти в нем нашла?!

– Ричард, прекрати сейчас же! – говорю я резко.

Если он будет продолжать в том же духе, то до посадки на Иконосе я просто сойду с ума.

– Это вы – наш особый гость? – раздается над нами приторно-сладкий голос. Мы дружно поднимаем головы и видим белокурую стюардессу с французской косичкой, которая склоняется к нам с широкой улыбкой. В руках она держит игрушечного медвежонка, поднос с карамельками, небольшой бумажник с эмблемой авиакомпании и большую коробку конфет «Ферреро Роше». – Черил все нам о тебе рассказала, – говорит стюардесса Ною, – и мы приготовили для тебя подарок.

– Ух, ты! Спасибо! – Ной хватает подарки прежде, чем я успеваю вмешаться. – Смотри, мамочка, мои любимые конфеты, большая коробка! Теперь ты тоже сможешь их попробовать!

– Большое спасибо, – благодарю я, чувствуя себя крайне неловко. – Но, право же, это совершенно ни к чему…

– Это самое малое, что мы можем сделать! – уверяет стюардесса и поворачивается к Ричарду: – А вы, значит, и есть тот самый знаменитый дядя?

Стюардесса в восторге хлопает ресницами, а Ричард недоуменно хмурится.

– Дядя Ричард знает три языка! – с гордостью заявляет Ной. – Он умеет говорить даже по-японски.

– Значит, вы не только хирург, но и полиглот?! – Глаза стюардессы широко распахиваются в неподдельном восхищении, и я успеваю крепко сжать пальцами локоть Ричарда, чтобы он, не дай бог, не вздумал возражать. Меньше всего мне хочется, чтобы мой сын был публично уличен во лжи.

– Это так, – быстро говорю я. – Ричард – очень талантливый человек. – Я улыбаюсь стюардессе до тех пор, пока она, дружески потрепав Ноя по щеке, не отправляется по своим делам.

– Флисс, что происходит? – требовательно спрашивает Ричард, когда стюардесса уходит. К счастью, ему хватает ума не орать на весь салон, но я все равно предпочла бы, чтобы он говорил потише.

– Мама, а я могу завести кредитную карточку, чтобы класть в мой кошелечек? – вступает Ной, разглядывая свой подарок. – Я хочу карточку «Америкэн экспресс»! Мне будут начислять на нее бонусные баллы [39] ?

О боже!.. Мой семилетний сын знает о программе бонусных баллов компании «Америкэн экспресс»! Это просто ужасно. Большую неловкость я испытывала, пожалуй, только когда в прошлом году мы с сыном останавливались в одной римской гостинице. Тогда, прежде чем я успела наскрести мелочь для чаевых, Ной уже попросил показать нам другой номер.

Ну да ладно… Я достаю свой айпод и вручаю его Ною, который издает радостный вопль и тут же втыкает в уши наушники. Все, теперь можно разговаривать спокойно.

– Ной рассказал сотрудникам аэропорта какую-то выдуманную историю, – начинаю объяснять я Ричарду. Теперь мне есть с кем поделиться своими тревогами, и я испытываю огромное облегчение. – Я понимаю, что все дети фантазируют, но должны же быть какие-то границы! В школе, к примеру, он говорит учителям, что ему сделали пересадку сердца и что у него теперь есть суррогатная сестренка.

– Что-о? – у Ричарда вытягивается лицо.

– Вот именно.

– Хотелось бы мне знать, где он всего этого набрался. – Ричард качает головой. – Суррогатная сестра! Это надо же такое придумать!

– Где Ной этого набрался, я знаю, – говорю я. – Все эти истории есть на DVD, который крутят в коррекционном отделении в его школе.

– Ну, допустим… – Ричард слегка пожимает плечами. – Но что он мог наплести этим людям? – Он указывает в направлении пилотской кабины.

– Понятия не имею, – честно говорю я. – Одно мне очевидно: в этой его выдумке главная роль принадлежит тебе – героическому кардиохирургу-полиглоту.