Секунду спустя мы уже там, и Бен закрывает дверь. Со всех сторон нас окружают полки с книгами (муляжи, скорее всего), но возле столика с гербовой бумагой отеля действительно стоит довольно уютный диванчик, задрапированный плотным коричневым покрывалом.

Бен проверяет, плотно ли закрыта дверь, и поворачивается ко мне.

– Наконец-то мы одни! – хрипло восклицает он.

– Ну, наконец-то! – эхом вторю я. – Это просто сумасшествие какое-то…

Мы в унисон вздыхаем. В следующую секунду Бен и я буквально набрасываемся друг на друга. Со стороны может показаться, будто мы участвуем в конкурсе, по условиям которого нам необходимо найти у партнера как можно больше эрогенных зон за минимальное время. Я обнимаю его. Он обнимает меня. Его руки ласкают, тискают, мнут, впиваются. Мой лифчик расстегнут, а блузка летит в сторону, пока я, ломая ногти, сражаюсь с пуговицами его новой рубашки, которые никак не желают протискиваться в еще нерастянутые петли. Но вот и это, последнее, препятствие устранено. Его кожа под моими пальцами кажется невероятно гладкой, горячей, аппетитной… Мне хочется хотя бы немного насладиться ощущениями от прикосновений к этой замечательной коже, но Бен лихорадочно оглядывается по сторонам.

– На диване? – предлагает он. – Или на столе?

– Все равно… – выдыхаю я.

– Я больше не могу ждать!

– Что, если они услышат?

– Они не услышат.

Он расстегивает крючки на поясе моей юбки, а я умираю от желания.

Вот оно, наконец-то! Да… да… да…

– Сэр? Мадам? – кто-то требовательно стучит в дверь. – Мистер Парр?..

– Не-е-ет!.. – тихонько шепчу я. – Не открывай!

– Какого черта?! – злобно ревет Бен. – Кто там?! Мы заняты, приходите в десять.

– Я принес вам небольшой подарок от администрации гостиницы, – доносится из-за двери. – Свежая выпечка, только что с кухни… Куда прикажете поставить?

– Все равно, – нетерпеливо отвечает Бен. – Поставьте куда-нибудь.

– Тогда на стол… вот сюда… – слышатся удаляющиеся шаги, но не успеваем мы с облегчением вздохнуть, как человек возвращается.

– Простите за беспокойство, сэр, но… Вы должны расписаться, что подарок доставлен.

На мгновение мне кажется, что Бен вот-вот взорвется по-настоящему и накинется на ни в чем не повинного официанта с кулаками, но он молчит и только тяжело дышит.

– Сэр?.. – Снова стук в дверь. – Вы меня слышите? Я принес горячее печенье, свежие булочки. Администрация нашего отеля просит принять этот небольшой знак внимания.

– Быстро распишись – и он уйдет, – шепчу я.

– Я ему сейчас голову оторву!..

– Я все понимаю, Бен, но… Иначе он не отстанет.

Мы оба пытаемся наскоро привести себя в порядок. Бен застегивает рубашку и делает несколько глубоких вдохов.

– Думай о своей налоговой декларации, – предлагаю я. – Это здорово отвлекает от любых других неприятностей.

Бен широко распахивает дверь библиотеки. На пороге стоит пожилой мужчина в превосходно пошитой серой тужурке с золотым галуном на лацканах и кармане. В руках у него серебряный поднос, накрытый куполообразной крышкой.

– Добро пожаловать в отель «Амба», мистер и миссис Парр, – говорит он с достоинством. – Я – ваш персональный официант-камердинер. Димитрий Георгиос круглые сутки в вашем полном распоряжении! – он склоняется в легком поклоне. – Вот, примите это печенье в знак внимания…

– …от администрации отеля, – подхватывает Бен. – Спасибо. Да поставьте уже куда-нибудь это дерь… этот поднос! – он быстро расписывается на квитанции, которую протягивает ему Георгиос.

– Благодарю вас, сэр.

Наш официант-камердинер бережно опускает поднос на кофейный столик.

– Сок сейчас принесет мой младший коллега.

– Сок? – Бен глядит на него во все глаза. – Какой еще сок?

– Свежий апельсиновый сок, – тотчас отвечает Георгиос. – К булочкам. Мой помощник Гермес доставит его прямо сюда. Если вам понадобится лед – вызовите меня, – он протягивает Бену небольшую визитку. – Вот мой номер. К вашим услугам, сэр.

Бен тяжело дышит.

– Вот что, любезнейший, э-э-э… Георгиос, – говорит он, быстро заглянув в карточку. – Мы не хотим никакого сока, понятно? Отмените его, о’кей? Мы хотим только побыть немного наедине, чтобы нас никто не беспокоил.

– Я вас отлично понимаю, – отвечает Георгиос, не моргнув глазом. – Вы не хотите, чтобы вас беспокоили, – он торжественно кивает. – Разумеется! У вас медовый месяц, и вам хочется побыть наедине. Для каждой супружеской пары это совершенно особое время, не так ли?

– Вот именно. И я бы попросил…

Бен хочет сказать что-то еще, но его отвлекают громкий стук и крики. Мы бросаемся в гостиную и видим там здоровенного парня в белом комбинезоне, который, стоя напротив дверей спальни, громко распекает рабочих. Мгновение спустя словно чертик из табакерки появляется Нико. Заламывая руки, он обращается к нам:

– Прошу принять мои извинения, господа: шум действительно ужасный. Мы не хотели вас беспокоить, но…

– Да что здесь, черт побери, происходит? – взгляд Бена становится совершенно диким, блуждающим. – Что это за грохот?