Разве это так плохо?

И еще… Что, если симбиот все-таки соединился с одним из аборигенов? Каково строение тел аборигенов этой планеты? Кто знает, может быть, их гены обладают такими дефектами, что полного слияния не произошло? Какой монстр может получиться в результате такого слияния, одному только богу известно.

Нет, надо убрать связь с этой планетой как можно скорее и отправиться дальше. Ему, кстати, еще предстоят долгие объяснения по поводу всего случившегося, по поводу потери симбиота, по поводу высадки на планету, по поводу погибших ящеров…

Ничего, он сумеет дать объяснения так, чтобы выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. Ему не впервой. Хотя, конечно, в такие истории он еще не попадал, но как-нибудь выкрутится.

А планета… Все эти планеты-свалки, кажется, только и созданы для того, чтобы служить хранилищем плодов неудачных экспериментов. И эта не является исключением. Пусть хранит.

— Думаю, надо эти поиски прекратить, — сказал Главный распорядитель. — Передай мой приказ. Прекратить поиски, если на планете есть пассажиры корабля, то их немедленно надо доставить на его борт, после чего необходимо выключить прыжок-поле, чтобы им нельзя было воспользоваться для перехода не только на наш корабль, но и на любой другой, который в будущем может случайно оказаться в этом секторе Галактики. Может быть, стоит для надежности его разрушить. Дроки знают, как это делается. Это мое распоряжение должно быть выполнено самым спешным образом.

— Немедленно передам, — отрапортовал Помощник. — Но есть еще один вопрос, требующий решения.

— Я слушаю.

— Что делать с аборигеном, с этим Волчонком?

Главный распорядитель слабо шевельнулся, и по поверхности воды в бассейне пробежала ленивая зеленая волна.

Ах да, этот ловкий, сметливый, юный местный житель, так помогший им со спасением корабля. И его можно было бы, в виде награды, взять с собой. Учитывая, что он молод, это станет для него шансом преуспеть, занять, может быть, даже не самую низшую ступень в обществе.

Взять?

А что, если он распустит язык? В своих подчиненных он уверен, а вот этот юный дикарь… Он не знает правил игры, и надолго заткнуть ему рот нет никакой возможности. Если он начнет рассказывать, как было дело с захватом корабля, а он это запросто может сделать…

Ну, нет, не бывать этому.

— Дроки ходатайствуют за него, — добавил Помощник. — Они считают, что абориген обладает необходимыми задатками, чтобы стать полноправным гражданином империи.

И получить возможность давать показания в любом суде.

Главный распорядитель издал звук, смахивающий на тот, с которым циркулярная пила вгрызается в брусок твердого дерева.

Ну уж нет, не надо ему таких неприятностей. Это сейчас он считает, что сумеет отболтаться, и, кажется, у него уже есть для этого некий план, некие заготовки, некие доводы. А что, если все повернется не так, как он рассчитывает? Вдруг появятся какие-то дополнительные обстоятельства? И вот тут любая мелочь, даже показания какого-то аборигена, будут иметь очень важные последствия.

— С ним, кажется, расплатились? — поинтересовался Главный распорядитель.

— Да, его спутнику было выдано некоторое количество предметов, из набора, лежавшего в хранилище как раз на случай контакта с аборигенами отсталых планет.

— Думаю, эти предметы для него являются настоящим сокровищем?

— Да, это так.

— В таком случае…

— Есть ходатайство дроков, — напомнил помощник. — Они не часто ходатайствуют за кого-то. И никогда — без веской причины. Мне кажется, сейчас, учитывая ситуацию, учитывая, что они будут давать показания обо всем произошедшем на корабле и вне его…

Обо всем произошедшем с того момента, как они проснулись, подумал Главный распорядитель.

— Это не имеет значения, — сказал он вслух. — Никакого.

— Но их показания… Что, если попытаться с ними…

— В любом случае, они будут говорить правду и только правду. В любом. Так они устроены.

— Значит…

— Ничего это не значит. Дроки — лучшие бойцы во всей Галактике. Они великолепно владеют любым оружием, но не языком. В словесных баталиях, в битвах на документах, любой, обладающий таким, как у меня, опытом, положит их на лопатки. Так что мне их показания не страшны.

— И в их просьбе…

— Отказать, — вынес решение Главный распорядитель. — Абориген должен остаться на своей планете. Не хватало нам еще подбирать кого попало со свалок.

— Ты ошибаешься, — сказал Антон.

— Ничуть, — ответил Дядюшка-волк. — Я чувствую, эти дроки, они к тебе присмотрелись, они в тебе увидели нечто, их весьма заинтересовавшее.

— Чем это я могу быть так интересен?