– Если вы не возьмете меня, я умру! – вскричал Тервиллигер.

– Все умирают. Попроси кого-нибудь еще.

– Я уже просил. Никто не хочет связываться с Человеком-Горой. Но я подумал, что Птичка Певчая, тот, о ком слагают песни, не станет принимать во внимание такие…

– Ты ошибся.

– Вы действительно не возьмете меня?

– Действительно не возьму.

– Моя смерть останется на вашей совести.

– Почему? Я не выписывал чеков, по которым нельзя получить денег.

Тервиллигер долго смотрел на него, потом заставил себя улыбнуться:

– Вы шутите, не так ли? Вам просто хочется, чтобы я умолял вас.

– Я не шучу.

– Шутите! – Маленький картежник уже кричал. – Вы не можете оставить меня на съедение Человеку-Горе! Бейтс ломает позвоночники словно спички.

– Слушай, когда мы встретились в баре, ты вел себя по-другому, – усмехнулся Каин.

– Тогда я не знал, что сюда вот-вот прибудет восьмифутовое чудовище с налитыми кровью глазами! – ответил Тервиллигер.

– Ты накричался? – спокойно спросил Каин.

– Я устроил вам встречу со Стерном, – в отчаянии напомнил Тервиллигер. – Это чего-то да стоит.

Каин сунул руку в карман, достал маленькую серебряную монетку, бросил Тервиллигеру:

– Благодарю.

– Идите вы к черту, Птичка Певчая! Что вы за человек?

– С сочувствием у меня туго. Уйдешь сам или тебя вышвырнуть?

Тервиллигер обреченно вздохнул, собрал карты, затрусил к двери.

– Премного вам благодарен. – Голос его сочился сарказмом.

– Всегда рад помочь. – Каин отступил в сторону, давая ему пройти.

Дверь ушла в стену, вернулась на прежнее место, как только Тервиллигер вышел в коридор.

Внезапно Каин повернулся к двери, открыл ее.

– Эй, Тервиллигер! – крикнул он вслед удаляющемуся картежнику.

– Да?

– Что тебе известно о Дункане Блеке?

– Парне с повязкой на глазу? – Тервиллигер шагнул к Каину.

– Вот-вот.

– Я играл с ним в карты. Что вас интересует?

– Где я смогу его найти?

Тут Тервиллигер широко улыбнулся:

– Как я понимаю, вы меня здесь не оставляете.

– Ты знаешь, где он?

– Да.

– Где?

– Скажу после взлета.

Каин кивнул:

– Я улечу, как только пообедаю. Собери вещички и через два часа найди меня в космопорте.

Тервиллигер достал колоду карт.

– Вещи все при мне. Пойду вниз, поищу желающих сыграть партию-другую, чтобы скоротать время, оставшееся до отлета.

И он зашагал к лифту, чтобы найти в баре или холле отеля трех-четырех лопухов, только что прибывших на Порт-Этранж, а потому не знающих, с кем они имеют дело.

– Очко.

– Черт! – воскликнул Тервиллигер, хлопнув ладонью по столу. – А у меня девятнадцать. – Он подтолкнул карты к Каину. – Вам сдавать.

– Пока хватит.

– Вы уверены?

– За эти пять дней я играл в карты больше, чем за последние двадцать лет. Давай прервемся на несколько часов.

– Я просто старался вас развлечь. – Тервиллигер собрал карты, сунул колоду в карман. – Так что у нас получается?

– Ты должен мне порядка двух тысяч кредиток.

– Расписка вас, наверное, не устроит?

Каин улыбнулся:

– Пожалуй что нет.

– Могу я еще раз сварить кофе из той банки, что мы открыли сегодня? – Тервиллигер направился в камбуз. – Хорошо, что вам не надо привозить их живыми. Этот корабль не рассчитан на пассажиров. – Он нашел банку с кофе.

– Много не сыпь, – предупредил Каин. – Это дорогой кофе.

– По вкусу чувствуется, что дорогой. Откуда он, с Белора или Канфора?

– Из Бразилии.

– Никогда о ней не слышал.

– Есть такая страна на Земле.

– Я пил кофе с Земли? Фантастика. Вы принимаете гостей по высшему разряду, Птичка Певчая.

– Благодарю… но повторяю еще раз, моя фамилия – Каин.

– Я как раз собирался об этом спросить. Если судить по голосу, вы не певец. С чего Черный Орфей прозвал вас Птичка Певчая?

– Потому что меня зовут Себастьян Найтингейл Каин. Ему очень понравилось мое второе имя, но я попросил не упоминать его. Он понял меня не совсем так, как мне хотелось бы.

– Кстати, Черный Орфей часто несет всякую чушь. Вот и про меня написал бог знает чего. Я же самый тихий, самый дружелюбный человек во всей галактике.