— Ирка, сама давай справляйся. Я сейчас! — крикнула Яга и выскочила к нам на кухню, с большой длинной иглой в руках.

— Тушите свет. Берите метлы. — Скомандовала она, и спросила. — В хоккей играли?

— Неа! — ответили мы, крепко сжимая древки старых летательных аппаратов.

Ведьма щелкнула выключатель. Зажгла свечу. И в слабом свете огня приобрела просто жуткий вид.

— Сейчас научитесь. — Пообещала нам мастер-класс Яга. — Значит одна становится в центре комнаты, вторая около двери. Одна ловит, передает другой, а та гонит к выходу — к "воротам", на солнце. Там под светом, они и подохнут!

— Кто?

— Шайбы, — ухмыльнулась ведьма, и больше отвлекать себя не позволила. Она сосредоточилась на колдовстве. Сухие губы старухи четко и быстро выговаривали, выкрикивали какие-то страшные слова, сказанные прямо в лицо первой кукле. Она водила над игрушкой иглой, указывая то на голову, то на ручки — ножки, то на сердце. Я стояла в дверном проеме. Заметила, как мрак кухни приобретает плотность. Люся тоже обратила на это внимание. Клекотание Яги перешло в песню, от которой по коже пробежали холодные мурашки. И тут на столе вдруг появилось черное маленькое нечто. Очень недовольное. Оно хотело вонзиться зубами в руку ведьмы, но бабка всадила в него иглу и сбросила на пол. Люся быстро накрыла метлой неизвестное чудище и подтолкнула ко мне. Я перехватила и домела до коридора, распахнула двери, вымела на солнце. Оно с жалобным писком истаяло. Я быстро вернулась в кухню, а там меня ждала уже следующая злая шайба.

В дальнейшие несколько часов под крики рожениц я просто не успевала перевести дыхание, бегала по коридору от порога к порогу и выпроваживала незваных гостей. Даже подумать о том, кто эти существа было некогда.

Римма откричала свое. Я услышала радостный крик младенца, которого испугал этот мир. Ирина сюсюкала в соседней комнате, рассказывая ребенку, какой он славный. Она передала кроху маме. Мое сердце опалило мягким теплом радости, и очередного мерзавца я выкинула на улицу уже улыбаясь. Я верила, что все закончится хорошо. Но ошиблась.

— Ах, твою мать! — злобно воскликнула Яга, согнувшись над последней куклой. — Ну, подлец! Я тебя вытащу!

Пообещала она черному подлецу, вцепившемуся в куклу зубами.

В соседней комнате кричала в муках Жанна.

— Пусти, сказала! — Потребовала старая ведьма от создания. А он зарычал на нее. Тогда бабка рассердилась и ее колдовская речь зазвучала безумно жутко, грозя чудищу ампутацией зубов и головы. — Ну-ка подайте мне нож!

Люся быстро отыскала прибор, сунула в руку Яге. Она, не останавливаясь в монотонном пении, поддела монстра, всадила ему иглу в голову и потащила на себя. Но он вонзил зубы прямо в место, где должно бы было располагаться сердце.

— Сучонок! — не сдержалась колдунья, резким движением стащила черного гада, бросила его Люсе, а она мне. Уж я жестоко хлопнула по нему метлой, перед тем как вышвырнуть из дома. Но подлая тварь не желала прощаться с жизнью и облюбованной куклой. И на пороге цеплялась в половичок, хотела в него завернуться. Так как оно испортило мое настроение, то я потребовала у Юла гвозди, и всадила их в мерзкий комок тьмы. После чего замерла, ожидая, когда солнце сожжет тварь. Черное существо умирало долго и тлело медленно. Когда от него ничего не осталось, я все-таки вернулась на кухню. Яга сидела за столом уставшая и совсем красная.

— Теперь все будет нормально. Но след он свой оставил. — Выдохнула старуха, налив в три кружки настойки на спирту. Сама отпила и нам дала.

— Что это было? — спросили мы.

— Несчастья, проклятья, злыдни, болезни, и лики злого рока. — Ответила она. — С девчонок вытащила. С оборотня вытащила. А с вампиреныша… Сами видели. Пошли, лучше посмотрим на них, пока папашки в окна ломиться не начали.

Бабка поманила нас за собой в соседнюю комнату. Правда, сначала заставила умыться, помыть руки, замотаться в чистые простыни, пропитанные какой-то пахучей жидкостью. Римма и Жанна мокрые от пота, румяные от стараний, лежали на кроватях и держали в руках своих деток.

— Мальчишки, — улыбнулась Яга, подошла к Жанне, перехватила у нее ребенка и с такой любовью в глазах всмотрелась в его лицо, что даже я умилилась. — Тьфу на тебя, чудо юродивое!

Рассмеялась она над малышом, чтоб сглаз не цеплялся.

— Ой, красавец будет! Девки сохнуть не перестанут. Ты у нас особенный. Тебе до них интереса никакого. Пока не придет та, которая заставит твое сердце биться иначе.

Я поняла, что темная тварь укусила не просто куклу, а сына Жанны. Но, судя по тому, как с ним сюсюкалась Яга, страшного не случится. Или я опять ошибаюсь?

— Максимкой назовем тебя! — выдала старуха.

— Эй! — подала голос мамаша.

— Молчи, мать! — цыкнула на нее Яга. — Меня слушай. Будешь приводить его ко мне раз в три месяца. Обязательно! И не смей ослушаться. Ирка, проследишь!

Женщины не решились перечить. Раз древняя ведьма сказала "надо!", значит так тому и быть.

— Уа! — раздался крик второго мальчугана, потребовавшего внимания и к себе.

Максимку передали обратно матери. Бабка обернулась к Римме. Подруга зарычала. Отдавать кому-то свое чадо она без боя не собиралась. Но Яга пригрозила ей сухим пальцем и потребовала крестника.