И тут явился спаситель. Возник прямо передо мной и ложкой, как раз в тот момент, когда Даниэль хотел сделать еще одно движение. Радостный Митя раскрыл рот, чтобы крикнуть "Вема, вампий, а вот и я!" — как схлопотал кашу! Которую он также недолюбливает, как и я.

Мы с Кураном обалдели. Ребенок, кривляясь, медленно пережевал дозу манки. Изобразил Даниэлю рожицу типа "как ты мог так со мной поступить?". Но потом повернулся ко мне и, качая головушкой, устыдил:

— Вема, вема! Ай-я-я-й!

— Тоже волновался? — догадалась я.

Малой бросился обниматься. Он себе места не находил, когда не мог меня почувствовать. Еще сильнее испугался, не обнаружив признаков Курана, будто нас никогда не существовало.

— Все хорошо, маленький! Не хныч. — Приговаривала я, поглаживая пельменя, разревевшегося у меня на груди.

Даниэль отставил тарелку с кашей. Подсел к нам. Я уперлась в его плечо, уловив в себе приятное чувство торжества. Все налаживалось. Родные и любимые были рядом. И Поль больше никогда не придет и не навредит ни мне, ни им. Спасибо за это Феофану!

Показаться на глаза родителям и объяснять, особенно папе с его больным сердцем, где была, почему не звонила, казалось равносильным признаться в смертном грехе. Я боялась. Даниэль пообещал присутствовать и взять вину на себя. Впрочем, Римма и Сашка уже успели что-то наврать о каком-то там загадочном отпуске. Маг даже, взяв справку у Карла, сходил ко мне на работу и поиграл в гипнотизеров, уладив вопросы с моими выходами. Сказал, мол, я опять попала в больницу. В общем, друзья меня прикрыли.

— Ты сделала выбор? — спросил Куран, сидя за рулем машины.

Мы почти подъехали к дому.

Услышав вопрос, я бы взорвалась от злости… Дня три назад. Но сейчас — нет.

— Да, — сказала я, заметив Вову у подъезда, и дернула за ручку двери, когда машина остановилась. — Сделала.

Настал тот самый момент, когда пора менять свою жизнь.

Он нервничал. Не знал, как смотреть мне в глаза. Смешно, ведь и мой верный, надежный Вова умудрился променять меня на ночь со старой подругой. Я знала это и не стану объяснять откуда.

— Привет, — подошла я.

— Дин, — заговорил он, взял меня за руку, нервничая. — Давай забудем весь этот бред. Если ты скажешь, что между тобой и этим твоим… ничего не было, то…

Вова хотел услышать ложь. А я устала врать. Смотрела на него и отрешенно улыбалась. Несмотря на серость ситуации, мир казался пестрым, сверкающим, и меня это делало счастливой, невесомой.

— Ладно, — стиснул зубы парень. — Но я готов забыть и простить твою измену, если мы все начнем сначала. Дина, я по-прежнему люблю тебя. Давай вычеркнем последний месяц и поженимся?

Я оглянулась. Машина Курана все еще стояла на стоянке.

Он тоже ждал моего решения. Сунув руку в карман, я обнаружила там два кольца. Точнее Вовин подарок и перстень Даниэля, которые уже давно носила с собой и почему-то не выкладывала. Одно украшение я вытащила на свет. Разжала кулак, посмотрела на блестящую побрякушку.

— Свадьба? — проговорила я, рассматривая в руке тонкое золотое колечко. — Тихая семейная жизнь, двое детей, работа, дом… Мечта нормальной девушки.

И тут же подумала: "Придется прятать свою сущность. Не только ведьмовскую, но теперь и вампирскую. Много врать…".

Мотор взбунтовался и машина Даниэля двинулась прочь. Я бросила взгляд ему во след.

— Прости, Вов. Я не могу. Я не нормальная. — Признание далось так легко, как естественное дыхание. — Знаешь, Вов, а я ведьма. Покой — не для меня!

Он не понял. Парень думал только об отказе и крепко сжимал в руке возвращенный мною подарок.

— Он — для тебя? — обиделся бывший жених.

— Так решила Судьба, — пожала плечами я. — Прости.

Не сказав больше ни слова, Вова развернулся и навсегда ушел из моей жизни, оставив в ней след. А рядом оказался Михаил.

— Что с ним будет? — спросила я.

— Ничего, — улыбнулся ангел. — Попечалится пару месяцев, потом найдет свой покой в некой Галине: 24 года, медсестра, параметры 90-60-98. Женится, обзаведется тремя детьми.

Теперь я была спокойна за него.

— Он ведь не был мне предназначен? Так ведь?

— Ну, — затянул хитрый Михаил. — Его дали тебе, как очередную ступень, которую нужно перешагнуть. Просто ты немного задержалась на ней. Владимир должен был вернуть тебе эмоции, заставить чувствовать, стремиться к чему-то. А еще подготовить к возвращению твоего вампира. — Сделал небольшое лирическое отступление о Даниэле. — Он, кстати, правду тебе говорил, что сам ничем в тот момент не мог помочь. Так что поступил правильно, когда отпустил, хоть ты и расценила это как предательство.