— Так когда-то назывался Дублин, — пояснил ирландец.

— Белли Кле, Кле… — Сенна с раздражением взглянула на своего спутника. — Почему бы не назвать город так, как его называют все?

— Все?.. Дублин — так город обычно называли жители Северной Европы. А теперь и саксонские галлы так говорят. Но настоящее название Дублина — Бейл Ата Клайт. Потому что его основали вовсе не викинги и не английские иноземцы, а ирландцы.

Сенна снова оглянулась. Финниан, казалось, не сердился на нее, однако же чуть нахмурился. Какое-то время они шли молча, потом ирландец, по-прежнему шагавший следом за девушкой, вдруг отчетливо произнес:

— Но нет, не в Дублин.

Сенна опять обернулась.

— Что?.. О чем вы?

— Мы идем не в Дублин.

Девушка вздрогнула и пробормотала:

— Но вы же обещали отвести меня в Дублин…

— Милая, я никогда не обещал вам такого.

— Нет, обещали! Обещали! — закричала Сенна; ей вдруг захотелось ударить ирландца.

— Милая, успокойтесь, — пробормотал Финниан.

Но она в негодовании закричала:

— Я успокоюсь, когда вы…

Вытянув руку, Финниан прикрыл ей рот ладонью, заставив замолчать. Потом тихо сказал:

— На дороге появились всадники.

Но для Сенны вдруг все изменилось; она больше не думала о своем отчаянном положении, не чувствовала усталости, не испытывала страха и даже не осознавала, насколько опасны всадники внизу на дороге, — сейчас она ощущала только одно: теплые пальцы ирландца осторожно прижимались к ее губам, а другая его рука обнимала ее за плечи.

Стараясь прийти в себя, она вдохнула запах его ладони и пробормотала:

— Но, Финниан…

— Вы хоть секунду можете не болтать? — прошептал он ей в ухо.

И тут Сенна услышала голоса людей, доносившиеся со стороны дороги, и топот копыт.

«Всадники?.. — подумала она. — Ну и пусть. Зато меня сейчас обнимает этот замечательный мужчина».

Сенна вздрогнула от этой мысли — и еще от силы своего безумного желания. О Господи, что же с ней такое?! Неужели греховное наследие матери, годами удерживаемое под контролем, теперь наконец вырвалось на свободу? Она была поражена безудержной силой своего желания и еще сильнее задрожала, но совсем не от страха.

Финниан, должно быть, почувствовал ее дрожь, потому что рука, закрывавшая ей рот, сдвинулась ближе к щеке, и он большим пальцем провел по ее подбородку, а другой рукой погладил по спине.

— Бояться нечего, милая, — шепнул Финниан. — Это просто курьер и его слуга. Они не ищут нас. Они сейчас проедут. Так что успокойтесь, пожалуйста. Не волнуйтесь.

— Прекратите гладить меня, — взмолилась Сенна, отвернувшись.

— Что? — Он чуть отстранился и замер.

— Поцелуйте меня, — неожиданно сказала девушка, и сердце ее гулко застучало.

— Что вы сказали? — послышался рокочущий голос ирландца.

Сенна промолчала. И вдруг подумала: «Уж если мне суждено умереть, то я должна хотя бы сейчас узнать ласки этого мужчины».

Она взяла его за руку, придвинула ее обратно к своим губам и, закрыв глаза, провела по ладони Финниана кончиком языка.

По его телу пробежала легкая дрожь — словно ветер пронесся над водой. А потом послышался хрипловатый голос ирландца:

— Вы попросили, чтобы я поцеловал вас?

— Да, Финниан, — ответила Сенна дрожащим шепотом.

— Почему?

— Потому что, если мне предстоит умереть, не должно остаться ничего такого, чего мне сейчас не хватает.

— Значит, вам не хватает поцелуя? — спросил он после паузы.

Она кивнула и замерла в ожидании. И вдруг почувствовала, как от волнения у нее закружилась голова.

Финниан же осторожно развернул ее лицом к себе и внимательно посмотрел ей в глаза. Потом наклонился к ней, и Сенна почувствовала на щеке его теплое дыхание, а затем легкие дразнящие поцелуи запрыгали по ее щекам и по векам. Она тихонько вздохнула, а Финниан, прижав ладонь к затылку девушки, покрепче обнял ее другой рукой, и тут его губы наконец прижались к ее губам. В тот же миг губы девушки приоткрылись, и Финниан впился в них поцелуем. Сенна затрепетала и постаралась еще крепче к нему прижаться. Но он вдруг чуть отстранился и прошептал ей в волосы:

— Это то, чего вы хотели?

Всадники внизу на дороге уже проехали, но Финниан ничего об этом не сказал, а Сенна вообще про них забыла. Приподнявшись на цыпочки, она припала губами к теплым губам ирландца, а затем провела по ним кончиком языка.

Финниан вздрогнул и застонал. В следующее мгновение губы их снова слились в поцелуе, и на сей раз поцелуй был весьма продолжительным. Когда же он наконец прервался, Сенна, с трудом переводя дыхание, прошептала:

— О, Финниан…

А он вдруг поежился, почувствовав, что все сильнее возбуждается. Разумеется, он не собирался соблазнять эту девушку — у него были совсем другие планы, — но в этот момент Финниан ничего не мог с собой поделать: внезапно оказалось, что он был не способен контролировать происходящее.