Лиз выпрямилась, уже не пытаясь сдержаться.

— Ты что, не слышал, что я сказала, Майк? Я твои документы заполнять не буду. Это не мое дело, тем более сейчас. Ко мне все это уже никакого отношения не имеет. Я понятно выразилась?

Майк пожал плечами.

— Если у тебя сейчас нет времени, Лиз, не беспокойся. Я мог бы заглянуть позже, когда ты вернешься с работы, купить что-нибудь из еды. У тебя больше вина нет?

Лиз взяла пачку документов и вручила ее Майку.

Он нахмурил брови и начал ныть:

— Ладно тебе, Лиз. Ты же не против быстренько взглянуть, одним глазком? Мне очень нужна помощь.

Она подтолкнула его к входной двери.

— Возможно, но я тебе больше не помощник. Спасибо, что заехал и проведал нас. Какова вероятность, что ты заберешь мальчиков на выходные?

Майк застонал и снова притворился обиженным.

— Ну зачем ты опять об этом заговорила? Я так и знал, что ты скажешь что-нибудь подобное, ты ведь не можешь не придраться, да? Забрать мальчиков, забрать мальчиков. Я ведь уже говорил, что не виноват, Лиз. У меня было срочное дело. Знаешь что, позвоню-ка я тебе на неделе. Обещаю.

Майк держал бланки в руках, но в карман не убирал. И когда они дошли до прихожей, он протянул их ей, как букет, будто Лиз не дала ему четко понять, что не передумает.

Лиз вздохнула.

— Почему бы твоей, как там ее, не заполнить эти бумаги? Одной из них?

Майк в отчаянии покачал головой.

— Ты не меняешься, да, Лиз? Постоянно меня в чем-то упрекаешь. Обязательно нужно меня подколоть, да? Сколько раз тебе говорить…

Подталкивая Майка к входной двери, Лиз подняла руку, делая знак, чтобы он замолчал.

— Можешь ничего мне больше не говорить.

— Но я подумал… — начал он.

Он стоял на пороге. Лиз открыла дверь и мягко, но решительно вытолкнула его на тротуар.

— Слушай, может, заключим сделку? Я мог бы как-нибудь заехать и повесить цепочку на дверь, шторы, что-нибудь еще. А насчет тех штор наверху…

Надежды рушились, и в голосе появилась паника. Майк стал махать бумагами у нее перед носом.

— Брось ты, Лиз, с какой стати я должен платить этим ублюдкам бухгалтерам, когда я знаю, что ты сама со всем справишься?

Он спохватился на середине предложения и стал пунцовым, осознав, что только что выдал себя с головой. Пытаясь исправить положение, изобразил обаятельную улыбку и изо всех сил попытался придать лицу мальчишеское и трогательное выражение.

— Насколько я помню, раньше ты охотно заключала всякого рода сделки.

Впервые с тех пор, как Майк переступил порог, Лиз засмеялась ему в лицо.

— Попытка не пытка, Майк, но проблема в том, что ты уже не можешь предложить мне то, что мне нужно.

И прежде чем он сообразил, что ответить, она захлопнула входную дверь у него перед носом. Несколько секунд он стоял на ступеньках, а потом пошел к машине. Она наблюдала за ним в глазок на верхней панели двери. Через глазок Майк казался уродцем из кривого зеркала, а когда дошел до тротуара, то и вовсе перевернулся вверх ногами. Как ни странно, ему это шло.

Теперь, когда опасность миновала (Майк всегда ненавидел кошек), Уинстон выпрыгнул из-под вешалки в прихожей и продефилировал по коридору, тихо фыркая, чтобы продемонстрировать свое недовольство. Лиз улыбнулась и задвинула мысли о Майке подальше. Куда приятнее думать о хорошем: например, о том, что в «Санди Ньюс» согласились напечатать интервью с Джеком Сандфи.

Нужно позвонить Клер и все ей рассказать до ухода на работу. Лиз остановилась на полпути и снова засмеялась. В голове промелькнула забавная мысль: жаль, что нельзя позвонить Джеку Сандфи и сообщить радостную новость и ему тоже!

— Открывай дверь. Смотри, что я принесла. Татара… Звучат фанфары… — Клер коленом постучала в дверь черного хода. Повозившись с замком, Лиз открыла дверь, и Клер, пританцовывая, вошла на кухню. В руках у нее были свежевыстиранные простыни и огромная пачка газет, финансовых приложений, цветных журналов и телепрограмм. Среди них и несколько свеженьких экземпляров «Санди Ньюс».

— Ого! Вот что значит «зайти за газетами»!

Стояло воскресное утро, было половина десятого. Солнечный свет заливал кухонный пол, как пролившийся сироп. Уинстон спал на подоконнике, на плите Лиз булькал ароматный кофе.

— Надеюсь, интервью напечатали. Ты скупила все газеты, что там были? — спросила Лиз, отодвинув стул, чтобы Клер смогла беспрепятственно пройти к столу.

Клер притворилась обиженной.

— Много хочешь. Купила одну тебе, одну себе, по одной твоим родителям, по одной для мальчиков, одну Майку…