— Ну, тогда я рада, что так все получилось.

— Я тоже рад. Не думаю, что вам бы это понравилось.

— И что будет теперь?

— Складывается впечатление, что выбора у нас нет. Придется вам сделать то, что он хочет. Я чувствую, что буду вынужден принять непосредственное участие в событиях, поскольку сейчас конец одного небесного цикла и начало другого; и духи могут пасть или, наоборот, вознестись.

— Не понимаю.

— Естественные законы, царящие здесь. Я попытаюсь объяснить, когда у нас будет больше времени.

— А почему не сейчас?

— Потому что вон там, впереди, уже виден замок — мы почти пришли. Достаточно сказать, что Бингерн является звездным духом, который пал на землю во время последнего цикла. Он быстро понял, что это место — не что иное, как приют безумцев, захватил тут власть и навел порядок.

— А почему тогда вы противостоите ему?

— Он зашел слишком далеко. Теперь здесь правят его капризы, а не законы или принципы. Может быть, он и сам спятил. Он боится, что во время Пира Юлеки, Бичующего Ангела, некая сила утащит его назад, туда, откуда он прибыл. И он уже никогда не вернется сюда.

— Так он должен радоваться.

— Должен. Только не радуется. Ему тут нравится. Он даже чуть не вступил по этому поводу в единоборство с самим Юлеки.

— А это хорошо?

— Сначала было хорошо — для всех.

— Кроме меня,— заявила Алиса.

— Не говорите этого. Вы тут нужны.

— Зачем?

— Когда вы были девочкой, все, наверное, выглядело иначе, но ваши приключения можно трактовать двумя совершенно разными способами.

— Да? Я случайно попала в волшебное королевство и пережила несколько удивительных приключений. Вот как я на это смотрю. Вы предложите что-нибудь другое?

— Да. Как вам понравится, например, такое объяснение: вы существо, наделенное волшебным даром. И, будучи всего лишь наблюдателем, явились причиной тех необычных переживаний, что выпали на вашу долю.

— Надо сказать, весьма неожиданная трактовка.

— Мне кажется, в вас это было и, видимо, осталось.

— А если осталось?

— Тогда вполне возможно, что вы в состоянии изгнать его — сейчас самое подходящее время. Мы сосредоточим на этой задаче все наши силы.

— Вы уверены, что у нас получится?

— Нет, но если мы не попытаемся сейчас, могут пройти века, прежде чем представится новая возможность. И не останется ни одного роялиста.

— Дайте мне подумать.

— Думайте побыстрее.

Они приближались к Червонному Замку. Бингерн приказал первому встречному — невысокому рыжеволосому садовнику, — чтобы тот доложил о его прибытии. Парень тут же умчался, при этом он отчаянно вопил:

— Бингерн вернулся! Бингерн вернулся!

— Какое трогательное проявление чувств,— проговорил Бингерн,— Входите. Сами найдем их величества.

Теперь Бингерн шел позади всех остальных, словно был загонщиком. Он боялся, что Люцер каким-нибудь образом освободится и уведет за собой Алису. Щебетунчики остались охранять ворота.

Короля и Королеву обнаружили под кроватью в четвертой спальне. Их величества были одеты в ужасающие лохмотья.

— Почему они так себя ведут и так необычно выглядят? — спросила Алиса.

— Стража! Защитите нас! Рубите ему голову! Бингерн! Бингерн! Умер! Умер! Умер! — голосили тощая Королева Червей и ее крошечный муж.

— У них возникли какие-то странные фантазии на мой счет,— объявил Бингерн, глаза которого метали молнии,— не говоря уже о том, что они ленятся исполнять свои обязанности... Ну-ка, идите сюда! Оба! Вылезайте из-под кровати! Нужно издать королевский указ.

— Почему мы? Почему мы?

— Потому что вы королевской крови. Необходимо срочно подписать несколько постановлений: Люцера снова отправить на рудники, Бингерна — в его вотчину, Алису — в кресло судьи. Записывайте! Побыстрее! Подпись внизу! Довести до сведения всех живущих! И сделайте проклятую копию для вашего вонючего архива!

— Писец! Писец! — заорала Королева.

— Почему ты зовешь только двоих? — спросил Король,— Сделай более множественное число.

— ...сцы... сцы,— добавила Королева.

— Похоже на шипение жалкой индюшки,— заметил Король.

— Служанки старушки всегда просят пенсию,— заявила Королева.— А какое это все имеет к ним отношение? И что с ними сталось? Что? Что?

— Рудники! — воскликнул Люцер.— Говорит: «Платить не желаю». Отпусти их, отпусти, отпусти, умоляю!

— Этого не может быть,— возмутилась Королева.— Кто мог такое приказать?