Подтверждение этого предположения успокоило бы ее, но она его так и не получила. Такой вопрос нельзя было громко задать Дэвиду во время бешеной скачки, а его озабоченность походными делами помешала ей подойти к нему во время кратковременных остановок на отдых. Пару раз она видела, как он разжигает огонь, пользуясь коробочкой с трутом, и подносит к нему листы пергамента, которые он доставал из мешочка на поясе. То, что ей удалось разглядеть, очень походило на карту с пометками и цифрами. Права она была или нет, но ей показалось, что каждый раз, когда он клал пергамент на место, у него был довольный вид.

Если они все верят, что Дэвиду удастся роль очередного претендента на трон, они должны были подготовить надежное место, нечто вроде цитадели, где можно будет укрыться. Если у этой цитадели есть башни и каменные стены, то отряд Дэвида сумел бы удержать ее, кто бы на них ни нападал, разве что удар будет массированным. Возможно, именно туда они теперь и направляются.

Маловероятно, что Дэвид мог сам позаботиться о подобном месте. А следовательно, убежище ему подготовил король. Но тогда возникает закономерный вопрос: насколько оно безопасно на самом деле?

Чем дольше они ехали, тем больше Маргарита размышляла, а чем больше размышляла, тем глубже в ее душе укоренялся ужас. Это просто безумие — позволить впутать себя в войну амбиций Ланкастера и Йорка. Дэвиду придется удерживать равновесие на лезвии ножа: он должен достаточно преуспеть, чтобы не дать претенденту Йорка достичь своей цели, но при этом его успехи ни в коем случае не должны угрожать стабильности правления Генриха. Он должен казаться достойным кандидатом на престол, истинным Плантагенетом, но простой люд ни в коем случае не должен считать его единственно достойным претендентом, ибо в таком случае он уже не сумеет отказаться от своих притязаний.

Ей пришлось отложить такие размышления на потом, поскольку к ней приблизилась Астрид, неловко подпрыгивающая на своем пони, — служанка вернулась после отправления естественных потребностей.

— Миледи! — звонко обратилась она к хозяйке, не успев перевести дух. — Вы видели, кто с нами едет?

Маргарита, отметив, что личико ее миниатюрной служанки раскраснелось от негодования, почувствовала, как напряглись ее нервы.

— И кто же?

— Тот французский граф со своей графиней. Можете себе такое представить?

— О боже! — вполголоса воскликнула Маргарита. Граф и графиня де Нев. Это уже чересчур, только этого им и не хватало!

— Какая муха их укусила, что им взбрело в голову сыграть в кости на стороне нашего Дэвида? — проворчала Астрид. — Неужели эта злобная кошка так сильно его хочет или тут дело в чем-то другом?

Маргарита повернулась в седле, чтобы посмотреть назад. Но она так и не увидела супругов, а это означало, что они ехали в хвосте колонны. Дэвид знал, что они там?

Ну конечно, как же иначе! Он ведь с самого начала ездил вдоль колонны, туда-сюда.

Астрид ударила пони пятками по бокам, заставив его еще ближе подойти к лошади Маргариты, и заметила, понизив голос:

— Как вы считаете, они верят тому, что сказал сэр Дэвид?

— О чем ты?

Карлица одарила ее язвительным взглядом.

— Ну вы же поняли!

Конечно, она поняла: слишком много уроков видела Астрид за прошедшие недели, чтобы не уразуметь, что к чему. Избегать разговора на эту тему было проявлением трусости, хотя именно так она и поступала.

— Должно быть, верят, иначе они остались бы с Генрихом. А ты, что ты думаешь?

— Мне не нравится, что они здесь, и мне вообще весь этот заговор не по душе. — Мрачное лицо Астрид еще больше исказил гнев. — Мужчины, которые хотят сесть на трон, умирают чаще, чем добиваются цели, особенно когда у них нет внушительной армии.

— А иногда они умирают, даже добившись цели, — резко кивнув, добавила Маргарита.

— Да. Выглядеть, как король, недостаточно. Возможно, недостаточно даже иметь королевскую кровь.

Это замечание было слишком верным, чтобы обсуждать его. Право, не подкрепленное силой, мало что значит.

Хотя после самопровозглашения Дэвида прошли считанные часы, Маргарита не могла не задаться вопросом: насколько вероятно, что Дэвид действительно является Эдуардом V? Да, он похож на короля и ведет себя соответственно. Это правда.

Могло ли случиться так, что он каким-то образом, позабыл о том, что его похитили из Тауэра и передали в женский монастырь, послуживший ему убежищем? Или же рассказ о том, что его воспитали монахини, — всего лишь удобная ложь?

— Было бы очень интересно посмотреть на Дэвида и этого Уорбека, стоящих рядом, — задумчиво произнесла Астрид.