Шаг. Ещё шаг. Статика волнами гуляет по скафандру. Он заострил зрение — «Модуль тип 80-2. Органические останки». Привет тебе, о молчаливый пассажир! Зачем плазма полюбила тебя? Вокруг ящиков гудело, словно в неисправном двигателе. А где чёрное яйцо? Спряталось в объёмах грузов?

— Эш, проверь, можем ли мы управлять питанием движков. Когда покидали рубку, доступ к энергосистеме был.

— Сейчас, капитан. Погодите немного... сейчас... — в голосе звучала спешка, но не растерянность. Старается. — Да. Можем.

— Перекачай энергию с третьего торнака на остальные. Сдаётся мне, я нашёл, откуда подзаряжается яйцо. Тут вообще цирк плазменной активности. Пора с этим кончать.

— Но...

— Что такое?

— Я думаю... это займёт много времени. Около суток. Мы же в скачке...

— Чем скорее мы начнём, тем раньше кончим. Давай, действуй. Перебой кабеля, скорее всего, функциональный — его забивают эти вспышки. Обесточим яйцо — и восстановим связь.

— Я не уверена, — голос Эш был настойчив. — Капитан, надёжнее выйти из скачка и погасить движки. Без поддержки полей плазмоид исчезнет. У нас достаточно ресурсов для повторного скачка.

— Ты обсуждаешь мой приказ? — спросил Форт, разглядывая квадратный ящик, такой красивый и такой безучастный в призрачном кипении света. Багажная марка. Вес брутто — 74,5 кг. Объём... Весовая и объёмная пошлины уплачены. Категория С — инертный груз. Предметы, дорогие сердцу Кэна Мерфанда.

— Нет, нет. Я предлагаю безопасный вариант.

— Пока с движками нет связи, это невозможно.

— Но я прошу, — интонации стали почти молящими, — я прошу вас учесть моё мнение. Капитан!..

Форт потрогал замки багажного ящика. По перчатке забегали синие искры. Опечатано? на станции «Скайленд-4»? Багаж досматривался лишний раз? Ну да, составляли опись... Уважение к закону, господа, не позволяет нам... А внештатная ситуация позволяет. Важно одно — не оставлять следов на самописце.

Что это? Замки заварены!

Форт отстегнул резак и примерился к замкам. Ящик, ты мне скажешь, что у тебя внутри! Плазменные турбуленции закружились гуще, руки утонули в карминовой дымке. Резак завыл, выбросив жгучий клинок — и вдруг замолк.

Аномалия, чтоб её... Счастье, что тело послушно — его строили в расчёте на куда большие нагрузки.

— Капитан, вы слышите?! — надрывалась Эш.

— Да, без помех, — бодро ответил он, хотя треска в ушах заметно прибавилось. — Я принял к сведению твоё мнение. Вариант не годится. Выполняй мой приказ.

И механическая прочность тела завидная. Форт ударил по замку.

— Капитан, что вы делаете?!!

— Осматриваю помещение.

— Коллега Эш, остановись! — это уже возглас Далан. Вслед за её выкриком послышалась какая-то невнятная возня и вопли. Плазменный пожар и бунт на корабле — прекрасно!..

— Капитан, я задержала Эш. Не могу допустить, чтобы она пошла в ствол.

— Отпусти меня! Пусти, слышишь, ты, образина!!!

— Я некрасива только с твоей точки зрения.

— Уродская коряга! Убери лапы! Капитан, не смейте! нельзя!!!

— Мне кажется, коллега Эш больна. Она так нервничает, так дёргается!.. Нет причин для её нервозности! Следует ли отнести её к автомедику?

— Непременно. И обязательно проверь его опции — настроен ли он на ихэнов.

— Должен быть. Единая медицинская конвенция предусматривает, что...

— Нет! нет!! не-е-е-ет!!!..

Форт раскрыл квадратный ящик. Он был полон красным свечением, плотным, как жидкость. Между пластами витого наполнителя лежали неровные куски камня, облитые толстым слоем застывшего стеклопластика. А где же дорогие сердцу вещи?.. Сканер видел лишь обломки, разделённые похожим на мочало волокном.

«Дурдом, — подумал Форт. — Где узнать адрес клиники для артонов?.. Радиация — в пределах нормы для изверженных пород. Ни черта не понимаю. Но это барахло явно как-то участвует в шоу с продырявленным торнаком. Магнитные свойства? ноль».

Он протянул руку к ближайшему каменному осколку — и свечение погасло. Совсем погасло, словно он задел и повредил кабель питания проектора, транслирующего плазменный спектакль.

«О-па! кажется, представление окончено»,

— Нет... нет... — рыдала обессилевшая Эш.

«Но как она узнала, что я делаю?..»

— Далан!

— Я вся слушаю.

— Я временно отстраняю бортинженера от исполнения обязанностей. По болезни. Окажи бортинженеру необходимую помощь.

— Не надо мне помощи!

— Коллега Эш, нам виднее. Мне не бросается в глаза, что ты совсем исправна.

Поднявшись, Форт ещё раз оглядел отсек 14. Будто и не бесилась здесь рассеянная плазма. Он захлопнул крышку ящика. Вот как — достаточно было внести минимальное возмущение в поле, питавшее многообразные плазмоиды, и они растворились.