— А твой конфликт связан с работой? — чахлый туанец измерил Возчика тусклыми глазами.

— Да.

— Тогда Единство может им заняться, — чахлый взглянул на Уле. — Только я никак не соображу, от какой беды возчик может прятаться в убежище. Опрокинул фуру с овощами?..

— А может быть, «режим товарооборота» нашёл в ней что-то, кроме овощей, — как бы думая вслух, бросил Лье, подсаживаясь к Сихо и выбирая полоски для плетения. — Тогда дело усложнится. Придётся доказывать, что его заставили взять нелегальный груз. Спорю на триста тиот, Уле, что ты впервые встретил Нии недавно... дней восемь-девять назад. Ага?

— Сихо, почём думаешь сдать келарю колечки? — не ответил ему Уле.

— Пять тиот штука. Половину выручки храму пожертвую.

— Лье, сплетёшь колец двести, тогда и спорь.

Форт проследил за скоростью пальцев Сихо. Любой ручной механический процесс можно разложить на этапы и превратить в алгоритм.

— Я разве из-за денег?! — возмутился Лье. — Я — Сихо помочь.

Под смазкой лица Лье проступали такие же узоры, как у Шука. Форт, совсем по-туански раскосив глаза в стороны, сверился с лицами Уле и того, тщедушного — рисунки проще и бледнее. А, так вот зачем мы отжимались, стоя на руках. Показывали мункэ нашу мощь. Но есть и другие способы освоиться в компании.

— Я помогу лучше.

— Бамиэ купит нам обед из ресторана? — Лье насмешливо сощурился. — Храмовый харч небогатый...

— Лье, перестань. — Лицо Уле подёрнулось узорами суровости, если не гнева; нечто в том же роде полыхало на лице Муа, подравшегося с Шуком. — Ты забываешься. Ни рас, ни каст; ни белых, ни красных.

— Прости, — Лье потупился.

Положив рюкзак, Форт присел рядом с Сихо, взял пучок полосок, присмотрелся.

— У шоферюг не те пальцы, — заметила мункэ.

Массивный нидэ промолчал; руки его задвигались, повторяя движения Сихо. Вскоре все глядели на них — даже Нию, одним ухом прислушиваясь к конференции по правовой безопасности офисных служащих.

Пальцы нидэ мелькали, словно стремительная нескончаемая драка десяти червей; бумажки свивались, будто в станке, кольца отлетали в сторону в ритме минут на часах — Лье невольно сверился с цифрами браслета.

— Сорок три в час, — сквозь зубы отозвался он на вопросительный взгляд Уле.

— Вернемся к Единству, — нидэ поднял глаза, не замедляя темпа. — Как оно может мной заняться?

— Это ты мне плетёшь?.. — зачарованно молвила Сихо.

— Да. Отдохни пока. Уле, поясни мне...

— Великое Небо... Слу-ушай, Нии, ты в самом деле неплод? Вечные просто люди так не могут.

— Как раз могут. Нас ничто не отвлекает.

Лье издал носом неопределённый (возможно, обиженный) звук.

— А где так выучился? научи меня, а?

— Я с детства всё плёл и вязал, — заунывным голосом протянул нидэ, не глядя на рукоделие. — Верёвочки, шнурочки, проволочки. Превзошёл всех в своей деревне. Это от Неба, нельзя научиться. Сейчас заработаю обед.

— Э, мы так до завтра прождём! — встрепенулся Лье. — Сихо, нажимай! Втроём как раз к ужину управимся.

— Единство помогает разрешать трудовые споры, — промолвил Уле, с радостью убедившись, что рознь в коллективе улеглась и всех победила идея вкусно поужиначь в выходной. — Если ты уточнишь, юрист какого профиля тебя устроит, я переговорю со своими, и на неделе мы пригласим сюда специалиста.

— Любой узел распутают, — прибавил Лье. — Наши законники головастые, можешь смело на них рассчитывать.

— Мне тоже обещали бумаги оформить, — не удержалась Сихо от того, чтобы похвалиться, с какими верными людьми сошлась.

Общая работа сближает; Форт ощутил, что принят в эту небольшую компанию. Но в том, что узел его проблемы по силам юристам Единства, он тяжко сомневался. Была только надежда разузнать, сколько стоят его проделки в глазах туанской юстиции и есть ли какие-нибудь законные лазейки, чтобы если не уйти из-под удара, то хоть уклониться от него.

— А ваш человек меня не сдаст? — спросил он Уле напрямик.

— Как можно! вы же в убежище. Я буду свидетельствовать в вашу пользу.

И здесь Форт — может быть, впервые за все дни, проведённые на ТуаТоу — понял, что он не одиночка в пустыне.

— А ты не пробовал лечиться? — увивалась вокруг Форта Сихо. — Может, тебя не взаправду обесплодили? Я читала, так бывает. Живёт-живёт просто человек и — бамс! — фаза пришла! А ты на индекс генов проверялся, сколько у тебя? триста из четырёхсот есть?

Тараторить о нескромном Сихо развезло после того, как келарь засчитал сплетённое Возчиком Нии рекордное число колец как малый подвиг благочестия и вручил ему карманный цитатник Пятикнижия для мирян.

— Вам, нидэ, ведом священный язык. Читайте и благоговейте, да осияет вас заря безоблачного Неба.