Шрифт:
– Прости меня.
На личике появляется гримаска недоумения.
– За что? Ты изменил мне?! – мгновенно вспыхивает. Характер у неё словно порох.
– Нет, что ты!..
Ооли не может понять меня, и я поясняю:
– Прости за то, что оставил тебя здесь одну…
Она подаётся немного назад, сложная игра чувств отражается на удивительно живом личике.
– Это твой долг, супруг мой. Зато у нас есть дочка…
– Наше чудо… Наше солнышко… – Я прижимаю её к себе и касаюсь её сладких губ своими губами: – Я люблю тебя. Люблю, Ооли… Больше всего на свете. Ты моя единственная…
И это не ложь, не красивые слова. Эта саури была рождена именно для меня. Для того, чтобы стать моей женой. Таково её предназначение. Я это знаю. И она тоже знает. Как то, что я, человек, терра хомо, лютый враг всего её вида, был рождён для того, чтобы стать мужем. Опорой, надеждой, защитой наших детей…
– Мама сказала, что скоро прилетят твои соплеменники…
– Через пару-тройку лет. Раньше вряд ли успеют…
– Лучше бы успели.
– Почему?
Она мрачнеет:
– Потому здесь появятся и мои собратья по расе. И пусть я враг землянам, но у меня есть слабая надежда, что если первыми прилетят твои сородичи, то я смогу остаться живой. И моя дочь будет жива. Если же раньше явятся мои соплеменники, то… – Она всхлипывает и крепче прижимается ко мне: – Тебя убьют. Нашу дочь привяжут ко мне, и нас вместе сожгут на главной площади перед дворцом Владыки кланов. За то, что я опозорила наш род… Ведь после того… той ночи… я должна была умереть… Наложить на себя руки… – Она сглатывает, словно ей что-то мешает говорить. – Но я… не смогла… словно что-то остановило меня…
Я в ужасе застываю, услышав, что мог лишиться своей любимой.
– Я никогда, никому не отдам тебя. Пусть хоть все кланы, все солдаты Империи прилетают сюда – ты моя жена! Мать моих детей! И никто и ничто, даже сама смерть, не разлучит нас.
– Но сможем ли мы?
– Сможем. Поверь мне, сможем. Ни твои клановцы, ни мои собратья ничего не сделают ни тебе, ни тем более нашему ребёнку. Обещаю и клянусь тебе в этом.
– Но почему ты так уверен в этом?
Вместо ответа, я показываю глазами на стену. Ооли следует своими глазами за моим взглядом и замечает моё брачное ожерелье, повешенное на стену. Я ласково глажу её по пушистой головке:
– Ты же знаешь, что за камень стал символом нашего брака?
– Пламенный яффар… Неслыханная редкость во Вселенной, которая одинаково высоко ценится и у нас в кланах, и у вас в Империи…
Улыбаюсь ей в ответ:
– Единственный рудник, где добывают их, – моя собственность. Приказчики купили его. И очень недорого. А в санях, где ехала Аами, лежит сундучок, где таких камней… – мгновенно перевожу меры веса из одних в другие: – Двенадцать сарре.
– Что?! – Ооли потрясена до глубины души.
Двенадцать сарре – это примерно сто сорок четыре килограмма. И среди них есть уникальные кристаллы, невероятной чистоты, две штуки. По пятнадцать кило каждый. Наша добыча из Сырха…
– Я думаю, что Вождь кланов, что Император Руси согласятся оставить нас в покое, если я преподнесу им по камешку…
– А ты… Ты разве не хочешь вернуться домой, в Империю?
Отрицательно мотаю головой, заглядывая в её бездонные глаза цвета чистого древесного пепла:
– Мой дом там, где ты. Рядом с тобой. Здесь, в Фиори. Вместе с нашими детьми и Аруанн, ставшей мне истинной матерью…
Ооли всхлипывает, приникает ко мне, распластавшись на груди. Её плечи вздрагивают, и девушка шепчет:
– Я так боялась, что ты меня бросишь, откажешься… А ты…
– Я же люблю тебя… супруга моя… Наш Император согласится. С кланами, вероятно, будет сложнее… Но не думаю, что и Вождь станет препятствовать нам быть вместе… Цена высока. Никто ещё не платил такой выкуп за жену…
– Достойный дочери Вождя Вождей, принцессы клана Горных Листьев…
– Ты…
Я не верю услышанному – неужели… Ооли вскидывает головку, гордо произносит вновь:
– Мой отец – Вождь Вождей кланов! А Аами – его внучка. Дочь моего старшего брата, пропавшего здесь десять лет назад… Изменишь ли ты своё отношение ко мне, человек?
– Человек?! Назови меня, женщина, как полагается!
Саури улыбается, надменность уходит с её лица, и я слышу, как она с нежностью произносит то, что я потребовал:
– Муж мой…
– Жена моя…
…Впервые завтракаем вместе. До этого мы ни разу этого не делали. Наша дочурка мирно спит в колыбели, с нами вместе – Аами и мама, которая время от времени бросает на нас внимательные взгляды и улыбается. Ей нравится то, что она видит. Маленькая саури тоже на равных сидит за столом, вместе с графиней-мамой, графиней-бабушкой и графом-папой.