Рогов удивлённо покачал головой:

— И много у тебя таких?

— Пять сотен. Но они действительно такие, как я сказал. Может, меньше владеют современной техникой, но у нас её просто нет. А в рукопашной, или в бою — я сомневаюсь в победе твоих ребят, Дима.

— Ого! Уверен?

— Нам не до споров. Работы по горло.

— Хорошо. Куда ты нас определишь?

Атти на миг задумался:

— Ооли хотела, чтобы Ююми осталась с ней.

— Нет!

Девушка выпалила это слово, не задумываясь ни секунды:

— Моё место рядом с мужем!

Атти удивлённо поднял брови, внимательно посмотрел на неё, на Рогова, помрачневшего при этих словах, потом дёрнул щекой:

— Дима, я, вообще то, хотел тебя определить в танкисты. Сорок машин есть. В течение месяца подойдут ещё столько же. А теперь ещё и дирижабли, про которые я забыл…

— А есть списки прибывающих со стороны Кланов? Неразумно будет ставить всех в пехоту. Там тоже наверняка полно специалистов.

— Умница, Ююми. Распоряжусь. И…

Краткий, почти незаметный миг колебания, потом припечатал:

— Если такие найдутся, то будем формировать смешанные экипажи. Пора заканчивать…

И все поняли, что они имел в виду.

— Ладно. В первом приближении разобрались. Дима, бери жену, двигай в лагерь. Видел танки?

— Последовал короткий кивок.

— Мест пока не хватает, так что, прости, придётся пожить в палатке. Точнее в шатре.

Молодые супруги переглянулись между собой, потом синхронно произнесли:

— Мы не возражаем.

— Быт отлажен. Есть и бани, и прочие… Удобства. Так что, пока лето, всё нормально. И… Загляни вечером к Ооли, Ююми. Она очень хочет тебя повидать. Вроде как вести из Кланов.

Девушка помрачнела — настроение стремительно упало вниз. Если из Кланов — значит из дома. А если из дома, что это может быть, как не известие о том, что на неё объявлена охота, и херхи вышли на тропу войны?

— Хорошо. Во сколько?

— Она укладывает Аруанн и Еели в девять вечера. Так что, к двадцати двум часам, думаю, будет в самый раз.

— Я приду.

— Мы придём.

Последовал новый кивок. Супруги отдали честь, каждый на свой манер, вышли из шатра.

— Танки–танки…

Пробормотал Дмитрий.

— Вот уж не думал, не гадал, что попаду в танкисты. Ещё и бронечасти организовывай в Империи. Атти со мной вовек не расплатится.

— Уже расплатился.

Улыбнулась Ююми.

— Когда?!

— А я? Всё-таки, я его подданная.

— Верно.

Наклонился, коротко коснулся её щеки губами. Вздохнул:

— Эх, птичка обломинго! Ну да ладно. Будет день…

— Будет ночь.

Поправил привычно рюкзак, согнул руку в локте:

— Идём, жена?

— Идём, муж…

…Шатёр оказался на диво уютным: плотная ткань верхней покрышки маскировочного цвета с пятнами, внутри — приятный глазу светлый подбой. В углу, отгороженном ширмой, некоторые удобства: душевая кабинка и стандартный биотуалет. В другом закутке — большая кровать. Двуспальная, мягкая даже на взгляд, под красивым покрывалом. В середине — стол, десяток стульев, понятно почему: мало ли, придётся проводить совещание в срочном порядке. Стойка для оружия, вешалка для одежды, пара сундуков под личные вещи, на простом буфете из дерева аккуратными стопками уложена посуда, прикрытая чистыми полотенцами. На полу — деревянный настил, на котором у кровати лежит коврик. Ну и стойка под обувь у входа. Ююми осмотрелась, стянула с плеч свою ношу, аккуратно поставила на лавочку:

— Здорово!

Восхитилась.

— Этакая древность. Но мне нравится.

Дмитрий согласно кивнул, в свою очередь сбрасывая свой рюкзак. Оба сменили обувь на стоящие тут же стандартные плетёные тапочки, прошли к сундучкам.

— Так, бельё есть, смена одежды, пара обуви, мыльно–рыльные принадлежности у нас свои. Тебе ещё что-нибудь надо? По женской части?

Девушка чуть покраснела, отрицательно качнула головкой, стягивая с головы свой берет и облегчённо вздыхая:

— Уф! Не очень нравится, когда на уши давит.

— Не продуман вариант.

Она улыбнулась:

— Никто не рассчитывал на саури. А пилотку одевать как-то рановато, на мой взгляд. Пусть сначала привыкнут.

— Верно.

Уложив свои вещи в сундук, подошла к кровати, потрогала покрывало, потом плюхнулась, качнулась пару раз, восхитилась опять:

— До чего удобная!

Дмитрий лукаво подмигнул:

— Проверяешь, не скрипит ли?

Покраснели, как ни странно, оба. Потом, взглянув друг на друга, рассмеялись. Пояснений никому не требовалось, а девушка невольно задумалась о том. что вот сегодня она станет настоящей женой человека. Так почему же эта мысль вызывает у неё лишь волнение, а не такое отвращение, как полгода назад? Что изменилось? Или то, что она приняла этот брак, повлияло на её отношение к человеку? Но ведь прошло буквально несколько дней… Хотя Дмитрий ей нравится. Если не сказать больше. Из благодарности за спасение её жизни в Смертном поединке? Нет. Точно нет! Тогда ещё ей было плохо. Но сейчас то? Или общее дело и общий долг так подействовали на разум и психику? Махнула рукой про себя. Ночь всё покажет. А сейчас перед ними куда более важные дела, чем то, что предстоит первая брачная ночь. Настоящая ночь. Со всеми правами и обязанностями жены… Покраснела ещё больше. Со вздохом поднялась, чувствуя, что кончики аккуратных острых ушек пылают огнём. Муж заметил, естественно. Едва слышно хмыкнул, сам залился румянцем. Шутливо замахнулась на него рукой: