В ответ мужчина только улыбнулся, и увидел со своего места, в зеркале заднего вида, такую же хитрую улыбку своего «старшего охранника», который сидел на пассажирском месте около водителя:

– А зачем нужно разрушать то, что уже построено и приносит свои плоды, месье Поль, а потом строит что-то заново? Ведь своего «врага» по бизнесу всегда можно превратить в своего друга, и существовать к взаимной выгоде!
– Проговорил он, и посмотрел на француза.
– Не так ли?

– И в этом тоже проявилась ваша загадочная русская душа, месье Сергей! Потому, что ни один европейский бизнесмен наверняка так никогда не поступил бы!

И тут собеседник француза хлопнул ладонью по своему колену:

– Ну что ж! В таком случае предлагаю и наше сотрудничество начать в истинно русских традициях!

– Что вы имеете в виду?
– Не понял француз.

В ответ он увидел широкую улыбку:

– У нас, в России, принято любое доброе начинание «обмыть»! Чтобы дело не заглохло в самом начале!

– Что это означает «обмыть»?

– Ну… Выпить по бокалу вина, за общее дело!

– А-а-а! Да-да! Конечно!
– Заулыбался француз.
– Мы С вами очень похожи - у французов тоже есть такая традиция!

– Ну, вот и хорошо!
– Проговорил мужчина, и посмотрел на своего «начальника безопасности».
– Павел Александрович! Присмотри-ка какой-нибудь ресторанчик поприличнее! Прямо сейчас!

– Может лучше в гостинице?

– Нет!
– Последовал жесткий ответ.
– Прямо здесь!..

6 июня 2008 г.

Франция. Милан…

Итальянский ресторан «Casa Mia»…

День рождения Катрана…

…Двое мужчин сидели за отдельным столиком, и вели негромкую беседу… Они пришли сюда совсем недавно, успели заказать себе по лозанье, и теперь с интересом рассматривали друг друга… …- Ну, что, скажешь, пенсионер Легиона, отставной лейтенант Жак Рано?
– Улыбался один из собеседников.
– Как живется на гражданке?

– Живем!
– Ответил второй, так же широко и искренне улыбаясь.
– Чего и тебе желаю, отставной лейтенант Легиона Ален Труа!.. Ну, здравствуй, Катран! Рад тебя видеть!

– Здравствуй, Туарег! Здравствуй спаситель!..

Было видно, что эти мужчины искренне рады видеть друг друга…

В их подтянутых, крепких фигурах чувствовалась сила, и, несмотря на то, что они были одеты в обычные летние костюмы, даже это не скрывало в них былой армейской выправки - было понятно и без лишних объяснений, что их дружба имеет под собой глубокие армейские корни…

Они дождались, пока официант расставил на столе заказ, и удалился. И продолжили неспешный разговор.

– Ну, как живешь, Ален?
– Проговорил тот, которого назвали Жаком Рано.
– Как твое самочувствие? Чем занимаешься? Год не виделись!

Мужчина, которого называли Ален Труа, немного погрустнел лицом, словно сожалея о чем-то прошлом:

– Что тебе сказать, Туарег… Ты же знаешь… После той нашей операции в Мозамбике, когда ты меня вытащил… - И тут же требовательно поднял ладонь, пресекая возражения собеседника.
– И не надо ничего говорить, Жак! Это так и все это знают! И жизнью я обязан именно тебе!.. Так вот… Я же почти год лечился…

– Да, я помню… Когда мы с тобой встречались в этот день год назад, ты бал еще очень слабым… Только-только начинал на ноги становиться…

– Да уж… Шарахнуло меня тогда здорово… - Усмехнулся Катран.
– Еле выжил… Будь она неладна эта Африка!..

– Ну а потом-то что?

– Ну а что потом, Жак-дружище? Надо же было как-то жить! Не на пенсию же! Открыл собственный дайвинг-клуб… Я же больше кроме как нырять, толком ничего не умею!

– Ну, ты скажешь, Ален!

– Ну, а что еще может пригодиться в гражданской жизни из того, что я умею?
– Усмехнулся Катран.
– Снайперская стрельба, или мастерство в рукопашном бое? Я же ведь практически всю жизнь отдал армии!

Туарег подумал немного, и проговорил:

– Знаешь, Ален… Ты, наверное, прав!.. Нырять ты и в самом деле умеешь лучше других! Даже, наверное, лучше всех! Поэтому, кому, как не тебе учить тех, кто этого делать не умеет!
– И улыбнулся хитро.
– Меня вот, например! Скидку за обучение сделаешь, если приду к тебе учиться?